Взгляды понимания, сочувствия. Хватит до самого ужина. Операция занимает три минуты.

(Вообще-то я их всех, здешних обитателей, прекрасно понимаю и завидую даже их размеренности. Их отбою в одиннадцать. Подъёму в семь, купанию в девственном тишайшем море, бодрости и аппетиту за завтраком. Но это совсем другая жизнь – простая и мудрая, созидательная, разве что немного скучная; для неё нужно бы мне родиться обратно, выйти замуж за умную и хозяйственную мать , а не бредить разрушительно любовью взбалмошных нимфеток, инфант и принцесс красоты. Это говорит мне всё время моя мама и это знаю я без неё.

Но… дискотеки, как же тогда дискотеки?! – Шутка.)

Май уайф ещё, конечно, слипинг. Кроватка у неё вполне оборудована: сверху свисает рачок, спит рядом Гарри Поттер, на ночнике в обнимку амулетик и кипрские стеклярусные бусы, а прямо у подушки застыла на дыбах бронзовая коняшка, выпрошенная у меня вчера.

Поставим тихонько поднос на тумбочку, воткнём в изголовье несколько розовых гвоздик… С бассейна доносятся уже на всех языках команды водной аэробики. А мы вот штор не откроем, затаим удовлетворение от тайного присутствия рядом, посидим с полумраком ещё несколько минут…

Эх, свинтим голову новому виски.

Вообще-то номер наш дерьмо. Даже на четыре не тянет. Серые одеяла, серый старый ковролин, в туалете ДСП… (А что, интересно, я хотел за 700 долл. на старом «английском» острове…) Светка даже глазом не моргнула, но я-то знаю: надо было ехать в Турцию! (Там хорошо, где нас нет?..)

…и вообще как будто что-то всё ещё никак не началось, затормозилось, хоть вот они мы – здесь уже два дня. Почему всегда так, господи: вот ждёшь чего-то, как озарения, как решения всех проблем, вот оно настало – и что же?.. Просветления не свершается, счастья в этом, текущем, произвольно льющемся моменте – нет и не с чего ему предвидеться, и опять ты в какой-то дыре между прошлым и будущим, ты опять невольно смотришь куда-нибудь вперёд или даже назад…

…господи, а помнишь ту молитву, помнишь, что просил я у тебя и обещал тебе?.. Господи, а ведь подзабыл я думать об этом вседневно… А она… вроде такая же – а всё дальше от меня и дальше, и нет того тепла… Может, расслабился я, господи, и не знаю толком, что мне делать уже, чтоб развивать, чтоб интересным быть… Начало конца, а, господи?.. Откуда безмыслие моё?.. Дай воспрять мне и собраться, ведь если дано этому чуду свершиться – то через меня! – не через неё же?..

…ну так, а?.. Неужто не пить мне правда?..

Что-то этот душный полумрак нисколько не одушевлён. Я помолчал и сделал несколько глубоких глотков – за начало нового витка.

Света зачмокала и перевернулась на другой бок.

* * *

– Ведём свой репортаж с острова Сайпрус! Во-от моя стрекозка. – (Наконец я вспомнил про видеокамеру. В огромных Светиных очках мир весел и кругл.) – Скажи: здравствуйте, мама-папа…

– Здр-р-равствуйте, мама-папа…

– …и все мои друзья.

– Ну что я, Ельцин тебе – читать по бегущей строке!

– …скажи: а не хотите ли посмотреть на мою новую серёжку в пупке?..

– Ну что ты у них спра-а-ашиваешь! К-не-ечно, хотят!..

– Пое-ха-ли! – кричит уже поджарый гид-киприот. Последними влезаем мы в «автобус». Он похож на горного барана. Деревянная ядовито-зелёная колымага довоенных времён. Только так и можно добраться до места. (На ранчо заждались нас ослики и лошадки.)

Сцена 2. Света повисла меж двух послушных задков, как на брусьях. Задков целая дюжина. Света в своей стихии, комментирую я – в компании четвероногих парнокопытных. Не лягнёт она меня, Света?.. – Э-э-э… может, отвечает со знанием дела. Да-а. Вот такой пустынный, песчаный, каменистый, жаркий остров Кипр. Кое-где какашки. Пальмы только на пляже – все привозные. До семидесятых народ передвигался на осликах да на таких вот общественных драндулетах – машин не было.

Сцена 3. Откуда-то слышен призывный клич «Р-р-ра-ман»… Как всегда. Ага, она уже кого-то обнимает, гладит. В загоне разыскала-таки белую лошадку, прильнула.

Далее: неразборчиво. Света делась куда-то с инструкторшей, группа вереницей растаяла вдали на осликах… Мне ваши эти ослы по барабану. Только один остаюсь – скучный становлюсь, всё томлюсь, всё томлюсь. (Дальше что? Что – дальше?) Вышел вот в степь – камни, барханы какие-то да закатное небо… Где ловить её теперь моей камерой? Под ногами, в сером песчанике, суетятся муравьи. Дайте хоть вас пощёлкать. (Эх, не то у меня «макро» – не для микро.) Эти вообще зашиваются в рефлекторном своём предназначении. Нет для них ни вперёд, ни назад. Есть сиюсекундность – она почти абсурдна.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги