Юную Эвиси выдали замуж ещё ребёнком.Ошиблась ли Верховная Жрица в предсказаниях своих, стоило ли противиться матери судьбе дочери? Какая опасность угрожает Эвиси, и сможет ли муж, как и предсказано, спасти её?Родной брат Эвиси Аралан вступил в брак по политическим соображениям.Сможет сердце Аралана найти покой и довольство судьбой своей?Сказку можно читать, как самостоятельное произведение.
Женщина с волосами цвета льна ходила по покоям, в раздражении одёргивая гладь шёлка.
— Ты слышал, что я говорю тебе, муж мой? — она остановилась напротив мужчины, чья стать отличалась небывалой мощью, но волосы уже покрыла седина.
— Да… успокойся, жена моя, сердце женщины…
— Не говори мне про сердце женщины, что ты знаешь о сердце женщины, о Боги. — Она медленно осела в руках мужа и позволила прижать себя и уговаривать.
Через время, когда ночь опустилась на Дальние Земли, шёлк раскатали перед ногами Царицы, и она прошла в сопровождении мужа своего до дверей покоев сына своего Аралана и, не дожидаясь, пока замешкавшаяся стража распахнёт в удивлении двери покоев, сама толкнула массивные двери, что раскрылись и пропустили Айолу и мужа её — Царя Дальних Земель Горотеона.
В покоях, на полах и стенах которых была причудливая мозаика с вкраплениями каменьев, пол которых был украшен узорами из дерева разных пород, отчего рисунок их был причудлив и не повторялся от стены до стены, было тихо.
Лишь немногие свечи в опочивальне отражали свет, и лёгкие вдохи слышались из опочивальни.
— Покинь нас! — раздалось женское, не терпящее возражений.
— Царица? — Аралан был удивлён, но мало смущён, он быстро запахнул халат и подал знак наложнице, чтобы та, не медля, покинула его покои, пока Горотеон, отец его, придержал жену свою, закрыв ей глаза ладонью.
— Не следует жене мужа своего…
— Ах, муж мой, мужчины всегда одинаковы! Аралан, знаешь ли ты, что я ходила сегодня в Храм и говорила с Верховной Жрицей?
— Да, Царица. Что открыла тебе Жрица?
— Про судьбу твою она мало сказала, лишь то, что сердце твоё не скоро найдёт покой, после того, как тебя и жену твою свяжет Верховная Жрица шёлковой лентой, но полюбит сердце твоё и откроется избраннице твоей… Но про сестру твою…
— Эвиси?
— Эвиси! Она сказала многое.
И Айола повторила мужчинам семьи своей предсказание Верховной Жрицы, отчего уже руки Аралана хватались за меч и глаза становились фиолетовыми, подобно глазам матери своей. Истинной королевы.
— И только муж может спасти Эвиси?
— Да! — воскликнула Айола. — Только муж, чья любовь настолько сильна, что готов он пожертвовать ею…
— Глупости, Айола, — не выдержал Горотеон, — что может угрожать Эвиси во дворце моём? Она в полной безопасности!
— Верховная Жрица не ошибается.
— Она видит судьбу на сегодняшний миг, любое событие может переменить ход времени…
— Муж? — Аралан встал. — Нам надо выдать Эвиси замуж.
— Замуж?! — Айола почти зашипела, подобно ядовитым змеям. — Замуж? Ей едва пошла шестая зима!
— Брак возможно завершить позже, — спокойно проговорил Аралан. — В противном случае он не будет считать действительным, но Эвиси будет под защитой мужа…
— И его любовь будет настолько сильна?!
— Эвиси не всегда будет ребёнком, — отрезал Горотеон, — сердце мужа бывает слабо…
— Пусть мне поможет Главная Богиня, — в раздражении сказала Царица.
Тем временем.
Юная Царевна сидела на высоких матрасах в опочивальне своей и раскладывала узор из разноцветных самоцветов.
Её волосы, цвета спелой ржи, вились на концах и вокруг личика, подобно изображениям женщин, что привозили купцы из-за «моря» и называли «куклами».
— Дитя моё, — обратился отец к девочке. — Король соседнего государства просит руки твоей и сердца… сердце твоё слишком молодо…
— Я не желаю повязывать себя шёлковой лентой, отец, но в твоей воле, — девочка удручённо вздохнула.
— Разве тебя принуждали хотя бы раз к решению против сердца твоего, Эвиси? — вмешался Аралан, который не мог находиться на женской половине, но у сестры его ещё не было первых дней, отчего она считалась младенцем.
— Он подарил мне лошадь! — возмущённо вскрикнула девочка, показывая рукой на отца.
— Дитя моё, — начал отец, но был прерван.
- Лошадь!!! А я хотела коня!
Зала для торжеств.
В волосах юной Царевны сверкали каменья, а сами пряди доходили до пола, по которому шла девочка. Её платье было в цвет её синим глазам, и оттеняло яркий румянец на щеках.
— Король Теренсии Меланмир просит твоей руки, Эвиси, согласна ли ты отдать сердце своё и тело этому человеку? — Аралан говорил громко и внятно, несмотря на то, что слова застревали в горле его.
— Да, мой…
— Эвиси, — подал знак Горотеон, — согласна ли Ты?
Эвиси подняла свои синие глаза на высокого человека, стоявшего рядом. Он улыбался, и она улыбнулась в ответ.
— Эвиси? — подала голос Айола.
— А ты подаришь мне коня? — наконец, подала голос Эвиси.
— Коня?
— Не лошадь! — уточнила Эвиси. — Лошади ленивы и скверны характером!
— Вы знаете, как отличить коня от лошади? — задал странный вопрос Король Меланмир, под молчание окружающих.
— Конечно, — отозвалась Эвиси, смотря без страха на человека вдвое выше её, — скверный характер всегда видно! — Она пожала плечами и посмотрела на Короля, как на несмышлёного младенца.
— Я подарю вам коня, моя королева, — отозвался будущий муж Эвиси и улыбнулся в ответ на искреннюю улыбку ребёнка.
