Так, кажется, меня уже когда-то называли Лордом, но не соизволили объяснить, чем это чревато. И чего от меня теперь ждут окружающие. А то я же могу по незнанию такого наворотить, что потом самому стыдно будет. И объяснение, что знать не знал, и ведать не ведал — не поможет. Как говорят, незнание закона не освобождает. И даже не смягчает. Хотя они сами виноваты, что про них ничего неизвестно, но опять же — это не объяснение.
Почему-то признаваться вслух, что понятия не имею, как себя вести, мне не хотелось. Не знаю, может быть нарушаю этим какие-то законы или правила, но я мысленно попросил Миксааша помочь мне в этом деле, попутно извинившись, вдруг что не так. Тёмный пристально посмотрел на меня и едва заметно кивнул. После чего обвёл взглядом всех присутствующих и властно произнёс:
— Лайрасар, проведи Лорда в его комнату. Кажется, нашему гостю надо отдохнуть.
Угу, это он верно подметил. Глаза стали закрываться сами по себе. Ещё немного, и я бы заснул прямо за столом. Не стоило так наедаться. Но сделанного уже не вернёшь. Хотя… есть, конечно, способ, но меня могут не понять. Так, что-то мысли не туда пошли, надо прекращать издеваться над собой и хорошенько выспаться. Тогда и голова нормально работать будет.
Путь, по которому мы двигались, я не запоминал. Вернее — не обращал на него внимание. И так найду, если понадобиться. Комната, отведённая в моё пользование, оказалась довольно уютной. Точнее их было две. Небольшая типа прихожая с парой кресел и сама спальня.
Дверей не было как таковых. От общего коридора комнату отделяло тяжелое, расшитое серебряной нитью покрывало. Ну и паутина заклинания. Если хозяин апартаментов не желал никого видеть, то касался специального вензеля, и вышивка становилась красной. Тогда попасть в помещение становилось просто невозможно. Всё равно что ломиться через гранитную плиту.
Получался такой эффект из-за того, что покрывало было сплетено из специальной ткани, которую делают только змеелюды. Вышивка же была частью заклинания. Кстати, подслушать при такой «дверке» тоже не получалось. Так что за свои секреты я мог быть полностью спокоен.
Саму же спальню от «прихожей» отделяла тоже своеобразная «шторка». Правда состояла она из множества мелких, достающих до пола цепочек. Закреплённые на них в произвольном порядке колечки издавали мелодичный звон. Эдакое предупреждение о входе.
Но самым красивым во всём этом было ложе. Широкое, просторное и удобное даже на вид. А ворох подушек, покрывал и шкур просто завораживал. С блаженным стоном я рухнул на всё это великолепие, зарылся поглубже и отключился. Хватит с меня переживаний.
Последнее, что я помню — недовольное сопение Бобика и рухнувшая сверху тяжесть его туши.
