Пока я спала, на землю спустился вечер, серой дымкой укутав дорогу и наконец-то встретившийся нам лес. Насколько я помнила, до села оставалось всего ничего - часа три верхом, но сделать ещё один перегон мы уже были не в состоянии.
– Ни в коем случае!!! - яростно запротестовали ведьмы, тут же позабыв собственные обвинения в тунеядстве. - Сядь на одеяло, укройся вторым - и сиди!
– Но мне же будет скучно! - "возмущенно" завопила я, яростно протестуя против насильного усаживания своей хрупкой особы на расстеленное и заговоренное от промокания одеяло.
– Ничего, - отмахнулась Тая. - Ты, кстати, как себя чувствуешь?
Я внимательно прислушалась к собственным ощущениям и удивленно ответила:
– А ты знаешь, пожалуй, лучше!
Зелья и заклятия успешно сдерживали воспаление горла и насморк, а к головной боли и слабости я уже почти притерпелась. Так что общее состояние оценивалось как "замуж - поздно, в гроб - рано". Впрочем, чаще всего это примерно одно и то же. Для меня.
– Ну смотри мне, - с сомнением покачала головой Тая, уходя за хворостом.
Ильянта занялась готовкой: достала заботливо завернутые в полотенце пирожки, курицу, то ли сходила к ручью, то ли наколдовала воды и покрошила в неё найденные у Таи в поясе травки. Через полчасика на полянке уже весело потрескивал костерок, и булькала закипающая вода.
Я, с наслаждением вытянув ноги, добродушно улыбалась, укутавшись по самый нос теплым одеялом. Насквозь промокший плащ был экспроприирован и раскинул широкие полы над костром. Шальные искры проходили его насквозь, только сердито чихая, не в силах нанести ни малейшего вреда тяжелой скользкой ткани.
Вемили разбрелись по стоянке, изредка брезгливо срывая кустики мокрой, засохшей травы. Шэркина попытка распахнуть черные дымчатые крылья и полететь попугать жителей ближайшего селения (а для неё и тридцать миль - не крюк) была сразу же пресечена мгновенным заклинанием обеждвиживания, наградившим меня жутким ударом в голову. Вемиль обиженно фыркнула и подбежала ко мне, ткнувшись носом в щеку: чего ты, мол, заклинаниями почем зря разбрасываешься - я бы и так все поняла!
– Понять-то, может, и поняла бы, но вот стала бы слушать? - усмехнулась я, прикосновением холодных пальцев отгоняя застилающую глаза боль.
"Я бы подумала!" - высокомерно фыркнула кобылка, отворачиваясь.
– Готово! - восторженно оповестила Лия, снимая в импровизированного вертела подогревшуюся на костре курицу и быстро разрезая её на три ровные части.
Курицу я ещё кое-как в себя запихнула, но вот пирожки уже не полезли ни под каким видом. Даже горестная Таина фраза:
– Но ведь бедной птичке будет там так одиноко! - не нашла отклика в моем окончательно зачерствевшем сердце. Так что пирожки прикончили ведьмы и моё язвительное замечание: "Но ведь бедной птичке будет так тесно!" - ничуть не испортило им волчьего аппетита.
– Кто первый караулит? - зевнула я, поглубже заворачиваясь в одеяла.
– Да лучше простую защиту поставить - и спать спокойно! - фыркнула Тая.
– Простую? - лукаво сощурилась я.
Все мы знали о том, насколько усиливается абсолютно любое заклинание, если соединить силу Жизни воедино: встать треугольником и превратиться на миг в единое целое. Прошептать заклятье на едином выдохе, отдать силу единым толчком, взмахнуть рукой в едином жесте.
Ведьмы переглянулись, с сомнением покосились на меня и однозначно решили:
– Простую!
– Эй, нечего меня калекой считать!!! - возмущенно подхватилась я с одеял, благо после съеденной курицы сил на это мне хватило.
Ведьмы горестно вздохнули в унисон, но, прикинув, что со мной спорить - себе дороже, протянули мне руки, замыкая треугольник силы.
Тихо-тихо, закрыв глаза…
Самое сложное - не слова и не пасы.
Самое сложное - понять, когда. Не по счету "три-четыре", нет, что вы!
Понять. Почувствовать. Одно сердце, одно дыхание, одно сознание…
Может, уже пора? Нет, ещё нет… Рано… Или - уже?..
…Одновременно вдохнуть и на выдохе…
Kraait lishher mj'itroon…
Трижды полыхнуло ярко-зеленое кольцо вокруг облюбованной нами поляны - и застыло едва различимой даже для ведьминского глаза белесой дымкой над землей.
Я пошатнулась, тряся головой:
– Получилось?
– Получилось, - вздохнула Тая.
– А что так грустно?
– Да лучше бы не получалось!
– Это ещё почему? - удивленно нахмурилась я, медленно передвигаясь в сторону расстеленных для меня одеял.
– А как здоровье твое, солнышко? - сочившимся ядом голосом проворковала Тая.
Я прислушалась к внутренним резервам, поняла, что они уже дружно кончились, и жизнерадостно ответила:
– Отсутствует!
– Вот-вот, - озабоченно сказала Тая, укутывая меня получше и подкладывая под голову мой высохший и скатанный валиком плащ. - Спи!
Может, она подкрепила слова соответствующим заклинанием, может - я и вправду здорово вымоталась за день, но сон сморил меня просто подозрительно быстро.
