Не сказать чтобы здесь на самом дне было так мрачно. Основные рабочие площадки неплохо освещались, они были окрашены в светлую краску и тщательно убирались. Спасателям даже пришлось сначала обмыть обувь в специальном чане. Три фигуры в плащах в дальнейшем проследовали мимо производств и углубились в хитросплетение ходов самых нижних уровней станции.
— Ты хоть знаешь, куда идти?
Пищевик обернулся:
— А что тут знать! Откуда сырость и дыхание, там Топь. Обходи поодаль и рано или поздно дойдешь до нужного тебе лаза. Мимо не проскочишь.
— Что за дыхание? — удивился Громыхов.
— Что, никогда не слышали, как дышит Топь? Присядем здесь ненадолышко. И слушай!
Как только унялось дыхание, и спасатели вошли в привычный для них «режим отдыха», то сразу учуяли Это. Нет, по трубам все так же тихо текли жидкости, пощелкивали реле и скрипел усталый металл. Где-то впереди мерно работали вентиляторы.
Но основной тон задавал не привычный уху технологический шум, а ничто иное. Человек из прошлого сравнил бы это со звуком прибоя. Спасателям же были привычны другие звуки, что они слышали снаружи. А Это и в самом деле дышало. Тяжело и вязко, распространяя гулкий звук по всем уголкам подземного лабиринта. В какой-то момент им стало нестерпимо жутко.
— Что еще за срань? — первым не выдержал Валера.
— Топь дышит.
— Ты чего гонишь? Она же неживая!
— Ты уверен? Послушай еще.
Они снова прислушались, мерный шум неизвестного происхождения буквально вводил в транс.
— Подъем! — резко скомандовал Фаткулин. Не нравилось ему просто так сидеть. И железное правило «Выходящих» — не знаешь что — оставь на потом. Чего зря голову ломать?
— Эй, здесь запретная зона!
Из-за угла показались два молодца в черном и с характерной прической в виде «Ирокеза».
— Это наши, — тихо шепнул пищевик и бесшумно куда-то исчез.
— Кто запретил и зачем! — смело выступил вперед Эльдар. Он скинул плащ и несколько раз прокрутил вокруг руки шестом. За ним то же самое повторил Громыхов. «Жезлами» они оба владели виртуозно. Сделавший шаг вперед бандит тут же отступил.
— Вы кто такие, мать вашу⁈
— Тебе не без разницы, пацан! Пройти дай и будешь цел.
Внезапно второй молодец дернул старшего, что-то шепча ему на ухо. Тот заколебался.
— Ты не тот следопыт, что победил в последней игре?
Эльдар усмехнулся. Вот где, оказывается, его настигла непреходящая слава.
— Допустим.
Бандиты снова пошушукались и главный махнул рукой.
— Проходите. Но вот за тем поворотом уже не наша территория.
Когда он повернул в очередной технологический лаз, Эльдар спросил у сопровождающего:
— Что имел в виду этот пацанчик? Чья это территория?
Пищевик ухмыльнулся и показал на еле различимую на стене метку:
— Добро пожаловать в логово «Солнцеликих»
— Мы так не договаривались!
В одно мгновение перед лицом опешившего представителя пищевиков появился «жезл». Нажатие кнопки и он получит мощный разряд прямо в голову.
— Не трогай его. Он сделал лишь то, что ему приказали.
Громыхов в развороте достал пистолет-пулемет и сразу нацелил его в невесть откуда появившегося мужика. Тот спокойно махнул рукой:
— Не балуй с оружием, выходящий. Вы же, ухари, за своим командиром пришли?
— Допустим.
— Он у нас. Да не дергайся ты так! Никто его не захватывал. Провалился он в Топь, еле выбрался, а тут и мы его подобрали.
Фаткулин убрал «жезл» и с интересом уставился на десницу Пастора. Его лицо отчего-то показалось ему знакомым.
— Тогда веди!
— Мы точно не знаем, что за процессы идут в глуби огромного чана. Да и никому это на самом деле неинтересно. Жижа перерабатывает пищевые отходы и тела умерших, а также остатки жизнедеятельности лучше любой из придуманных доселе человечеством машин. Тот, кто создал Топь, был настоящим гением.
— А мы не можем вымереть от какой-нибудь инфекции, что жижа в один момент чудесным образом произведет?
— Нет. Она в этом плане стерильна. Любые инфекции — это прежде всего её враги. И неведомый нам создатель в изначально залитой субстанции предусмотрел внутренние механизмы отторжения чужеродного и вредного. Это некий генетический монстр.
— Так, я не понял, — Фаткулин нахмурился. — Топь, получается, это биоробот?
— Скорее самоорганизующаяся биологическая система третьего порядка. В замерзшем мире люди сталкивались лишь с первым.
— Ничего не понял, — потряс головой следопыт.
— А я и сам не догоняю. Все-таки в биохимии не так силен, — Прохор налил всем еще чаю.
— Потому оно дышит? — влез в разговор Валера.
— Это акустический эффект. Топь ведь давно вышла за пределы главного чана. Там вечно внутри нее что-то бурлит, текут некие процессы…
— И до куда она идет?
— Мы сами не знаем, да и не интересуемся. — пожал плечами помощник Пастора. — У нас с ней нейтралитет.
— Вооруженный?
Прохор предельно серьезно глянул на Эльдара:
— Считай, что так. Мы как два симбиоза, полностью зависим друг от друга. Но любви к нам это отнюдь не добавляет.
— Два вида жизни, оставшиеся на Земле.
Было о чем задуматься.
— Я пока узнаю, как там Василий Иванович. У него как раз должны закончиться процедуры.