— Нет, про места, которые в своем дневнике описывала твоя Карина. Помнишь, там под некоторыми ритуалами была приписочка с адресами и названиями местности? И вот одно местечко как-то царапнуло меня, будто я уже где-то о нем слышал. И был прав! Есть в соседней области лес, о котором идет очень дурная слава. В 90-е он был излюбленным местом для бандитских разборок. Местные стараются в эти леса даже за грибами не соваться, говорят, что там какая-то аномальная зона — зайдешь, а выйти без посторонней помощи уже не сможешь. Несколько лет назад в полицию поступило заявление о пропаже молодой девушки. Ушла из дома и не вернулась. На поиски вместе с полицией отправились волонтеры, и под конец второго дня тело девушки, наконец, обнаружили. В свежей могиле, вырытой в лесу. На теле никаких следов насилия, судя по всему, ее похоронили заживо.
— Чудовищная смерть.
— Я запросил по своим каналам материалы дела, — как ни в чем не бывало продолжал Кулешов, — неофициально, разумеется, так, для ознакомления. Пока еще жду ответа, но, если мне не изменяет память, убийство было квалифицировано как ритуальное. И знаешь, меня настораживает, что уже вторая точка из списка твоей Карины становится местом преступления.
— Но Карина не может иметь к этому никакого отношения, — возразил Марк.
— Не может, — согласился Кулешов. — А вот ведьма, к которой она обращалась, — наверняка могла бы нам рассказать что-нибудь интересное. Кстати, — майор взглянул на часы, — если не занят, можем прокатиться по еще одному адресу из списка. Тут недалеко.
— Я уже и забыл, что значит стоять в бесконечных московских пробках, — Кулешов расположился на пассажирском сиденье и задумчиво перелистывал дневник Карины.
— Через двадцать километров съезд, там будет посвободнее, — Марк мельком посмотрел на карту в телефоне и убедился, что в ближайшее время на их участке дороге изменений не предвидится. — А что мы, собственно, собираемся найти?
— Да шут его знает, — Кулешов задумчиво почесал подбородок. — Здесь описан какой-то очередной ведьминский ритуал, проводить надо обязательно у реки. К сожалению, у нас есть только название ближайшего населенного пункта, так что придется отталкиваться от этого. Доедем до места, а там разберемся.
— А что за ритуал описан?
— Так, сейчас посмотрим… Неизвестно.
— Как это? — Марк удивленно повернулся к Кулешову, и тот сразу возмущенно замахал руками, призывая не отвлекаться от дороги, хотя они по-прежнему стояли на одном месте.
— Да тут у твоей подружки ничего не понятно: венок, река, рябина, дальше какая-то тарабарщина бессмысленная. Нет бы подробно все расписать: что за ритуал, как и когда его проводить, чтобы занятым людям потом не пришлось голову над ее записями ломать.
— А ты хоть немного веришь во все это? — поинтересовался Марк, не сводя глаз с габаритных огней стоявшего перед ними автомобиля.
— В заговоры и привороты? Бабка моя верила, а я считаю, что это чушь и бред.
— А если бы ты своими глазами увидел, скажем, призрака? Поверил бы или решил, что сошел с ума?
— Слушай, я за годы службы повидал всякого, так что призраком меня не удивить. Но, если однажды я увижу нечто подобное, психиатрическое освидетельствование все-таки пройду. Так, на всякий случай.
Какое-то время они ехали молча, вернее, стояли, потому как ездой их вялое перемещение назвать было сложно.
— Мне все не дает покоя нож, — нарушил тишину Марк. — Я обнаружил его в вещах Карины, для чего он ей?
— Может, просто приглянулась интересная вещица? Или это реквизит для ее ведьминских штучек. Гораздо интереснее не то, откуда он у нее, а как опять оказался у тебя?
Марк полагал, что знает ответ на этот вопрос, но сильно сомневался, что тот устроит Кулешова, поэтому предпочел промолчать.
Когда они, наконец, съехали с загруженного шоссе, Кулешов заметно оживился.
— Вот указатель, — он кивнул на промелькнувшую в окне табличку. — За поворотом сбавь скорость, судя по карте, там будет спуск к воде.
Марк так и сделал. Деревья остались позади, а прямо перед ними раскинулась широкая река.
— Смотри-ка, мы не одни решили прокатиться на природу в такой замечательно ненастный день, — Кулешов указал на припаркованный на обочине автомобиль.
— И кажется, я знаю, кто это, — Марк остановился рядом с машиной Маргариты и заглушил двигатель.
— Ну, пойдем, познакомишь, — Кулешов вышел из машины и огляделся.
Вдалеке на деревянном пирсе стояли две фигуры. В одной из них Марк безошибочно узнал Маргариту, а в другой, к своему ужасу, — Яну. Он окликнул ее, и та обернулась, а в следующую секунду, неловко взмахнув руками, качнулась и исчезла в темной воде стремительно несущейся реки.
