— Нет, все в порядке, — жмурясь от яркого света, пробормотал Кулешов. — Есть вопрос. — Мать с готовностью кивнула и присела на диван. — Скажи, если бы тебе понадобилась гадалка или ведьма, где бы ты стала ее искать?
— Так по знакомым, — удивилась мать тому, что сын не понимает столь очевидных вещей. — У нас на работе женщина есть, она никак дочку замуж выдать не могла. Кто-то посоветовал ей бабку одну, та свозила к ней девочку и, не поверишь, та через полгода та замуж вышла! Венец безбрачия на ней был, оказывается! А ты почему интересуешься? — тут же насторожилась женщина.
— Это для дела, — успокоил ее Кулешов. — То есть, настоящую ведьму найти можно только через сарафанное радио… А почему в интернете не поискать?
— Так там же одни мошенники! — мать картинно всплеснула руками, и Кулешов не смог сдержать улыбку. — Нет, через интернет такие вещи не делаются, — со знающим видом продолжала женщина. — Так что, если хочешь найти ведьму, придется порасспрашивать.
— Знать бы еще кого, — вздохнул Кулешов.
Было жарко. Яна пожалела, что вечером, трясясь от холода, закрыла все окна, и теперь вынуждена страдать от духоты. Она потянулась и неожиданно уперлась ногой во что-то мягкое и теплое.
— Не пинайся, — раздался над ухом знакомый голос, и Яна испуганно дернулась, но тяжелая рука прижала ее к кровати, не давая встать.
Она завозилась, пытаясь выбраться из чужих объятий, Марк недовольно заворчал, и, приподнявшись на локте, сонно уставился на нее.
Яна же, оказавшись на свободе, села и в ужасе заозиралась по сторонам. То, что она видела, ее пугало. Судя по всему, она провела ночь в спальне Марка. Но хуже всего было то, что она совершенно не помнила, как здесь очутилась.
— Что я здесь делаю? — наконец спросила она у единственного человека, который мог дать ответ на этот вопрос.
— Ты совсем ничего не помнишь? — Марка как будто ее амнезия совершенно не удивила, он продолжал внимательно наблюдать за ее реакцией, что сбивало с толку еще сильнее.
— Нет. Я помню, как легла спать. У себя. В своей комнате. Меня разбудили припозднившиеся гости Елены Львовны, но после их ухода я снова вернулась в постель. Кажется, — уверенности в ее голосе поубавилось, потому что после встречи с покойным дедом Марка в памяти зиял огромный провал. — Я что теперь хожу по ночам? Я лунатик? — испуганно спросила Яна.
— Ты пришла ко мне сразу после полуночи, плакала. Говорила, что тебе страшно оставаться одной. Мы выпили чаю, ты успокоилась и уснула. Я перенес тебя на кровать и думал немного посидеть рядом, чтобы убедиться, что ты в порядке, но, видимо, сам отключился. Извини. Я, вообще-то, постелил себе на диване.
— Совершенно этого не помню, — Яна схватилась за голову и принялась раскачиваться вперед-назад.
— Ты вчера едва не погибла, у тебя стресс. Возможно, твоя психика так справляется с потрясением. Яна, — Марк осторожно взял ее за руку, — я рад, что ты пришла ко мне. Мне показалось неправильным оставлять тебя одну в таком состоянии.
— Но это же ужасно! — Яна резко отдернула руку. — Получается, что я себя совершенно не контролирую!
— Все будет хорошо, успокойся. Уверен, что подобное больше не повторится. Давай лучше позавтракаем, тебе нужно немного отвлечься.
— Ой, нет, спасибо. Я пойду к себе, — Яна хотела встать с кровати, но Марк ее остановил.
— Яна! Прекрати меня избегать! Если мы решили быть друзьями, то нужно прилагать к этому хоть какие-то усилия, а то у нас с тобой не дружба и не… не пойми что, в общем.
— Да, ты прав, — Яна покорно опустила голову. — Мы друзья. Пускай и просыпаемся в одной постели.
— Это была случайность, — спокойно ответил Марк, как будто его это совершенно не беспокоило.
Яна постаралась взять себя в руки и как можно более будничным тоном поинтересовалась:
— Так что у нас будет на завтрак?
Но позавтракать им так и не удалось. Позвонил Кулешов и велел всем собраться у Марка, и, судя по голосу, дело было серьезным. Яна убежала домой приводить себя в порядок, а Марк, сварив себе чашечку кофе, дожидался майора.
Он стоял у окна, невидящим взглядом уставившись в одну точку, и вспоминал, как мучился от чувства вины, когда впервые заметил, что его влечет к Яне. Он думал, что предает Карину, даже допуская одну только мысль о том, что ему мог понравиться кто-то еще. Но как оказалось, бывшая невеста ни за что бы этого не допустила. Она хотела, чтобы Марк принадлежал только ей, и даже смерть ей в этом не помеха.
