Что делать?
Что теперь делать?
Он предлагает начать все сначала. По-другому.
А вдруг не получится? Разочаровываться в третий раз слишком жестоко. Ариадна не переживет. Невозможно вот так бесконечно рвать сердце, оно и так уже все изранено.
Но если не рискнуть, тогда, может… она теряет свой настоящий шанс?
Ведь она больше, чем друг. И он скучал.
Ариадна, как и обещала, вышла на работу в «Жираф», провела два мастер-класса, показала Надин сделанную в Рязани работу. Надин осталась очень довольна. Впереди был пошив штор, плюс получены заказы на покрывало для кровати и подушки.
Женя периодически присылала фотографии из Сочи.
Жизнь входила в свою колею.
Письмо Марка оставалось неотвеченным. А не она ли сама говорила, что на письма надо обязательно отвечать?
Но как? Обратного адреса нет.
Зато есть номер телефона. Можно позвонить или… набрать сообщение.
И вот в один из вечеров, вернувшись домой из «Жирафа», Ариадна набралась смелости и написала.
Ариадна: Привет. Давай попробуем. Но только если это действительно серьезно.
Сообщение пришло, когда Марк расплачивался на кассе за хлеб, сардельки и кофе.
Он так и застыл с телефоном в руках.
– Молодой человек, вы оплачивать будете? – ворвался в его голову голос кассира.
– А? Что, простите?
– Наличными? Картой?
– Картой.
Она согласна.
Если
Еще как серьезно!
Марк расплатился за покупки и, выйдя из магазина, сразу же набрал номер Ариадны. На этот раз ему ответили.
– Здравствуй, Марк.
И он застыл перед машиной, как дурак. Она ответила. Она здесь.
– Здравствуй, Ариадна. Я это… я серьезно. Ты согласна?
Она молчала. А он так и стоял перед машиной, не догадываясь, что можно открыть дверцу, положить на заднее сиденье покупки, самому сесть в салон. Марк ждал ответа.
– Правда серьезно?
– Да. Я хочу тебя увидеть.
– Приезжай.
– Я сейчас, я буду через двадцать минут.
А дальше Марк искал цветы. Почему-то показалось важным приехать с букетом. Решил: надо купить розы!
Так и приехал к ней – с розами, кофе, хлебом и сардельками.
– Это тебе, – протянул букет.
Ариадна стояла на пороге, такая маленькая и испуганная, что ему захотелось добавить: «Не бойся».
Но Марк ничего не сказал, вместо этого он полез целоваться. Он был так рад ее видеть! Эту чудную, ни на кого не похожую девушку. От Ариадны пахло какими-то цветами, и губы у нее были мягкие и теплые, и отвечала она несмело, и все это ужасно умиляло. Какой она друг? Она вовсе не друг. Она – девушка! Они долго целовались в прихожей, пока Ариадна не прошептала:
– Надо поставить розы в вазу.
Вазу эту Ариадна принесла на кухню, так что букет украсил стол. На ужин она отваривала принесенные им сардельки и, слегка смущаясь, рассказывала про Рязань и про рай.
– Понимаешь, рай ведь тоже бывает разный. У кого-то он ассоциируется с пятизвездочным отелем, шикарным пляжем, морем, системой «все включено», а бывает цветущее поле – ромашки, васильки, колокольчики, полевая или лесная земляника. У полевой и лесной разный вкус, и пахнут они по-разному… Ты меня слушаешь?
Она снова несла свою дребедень, а Марк сидел за столом, смотрел, как Ариадна ходит по кухне, слушал ее рассуждения и был абсолютно счастлив.
Кто еще способен говорить с ним про рай и землянику?
– Очень внимательно слушаю.
– Я обещала папе вернуться летом. Поедешь со мной?
– Поеду.
Марк поймал ее за руку и потянул на себя.
Рай бывает разный. И с помощью поцелуев в него можно попасть совершенно точно.
Дан успешно прошел предзащиту. Молчание Жени, непрекращающаяся ноющая боль от этого молчания, как ни странно, позволила сосредоточиться на важном этапе в достижении ученой степени. Так Дан спасался.
Предзащита была трудной, предстояло действовать, исходя из выработанной совместно с Назаром стратегии. Во время заседания все время казалось, что противники идут на равных, но Дану все же удалось доказать правоту своей позиции.
– Молодец! – похвалил подопечного профессор. – Справился. Но впереди еще генеральное сражение.
А для генерального сражения нужны силы.
Только вот слишком много их уходило на личное. Почему Эжени не рассказала про Сеню? Испугалась? В любом случае, если они хотят быть вместе, им придется доверять друг другу и объясняться. Ей придется понять, что с ним на такие темы надо разговаривать, а ему придется привыкать к ее отсутствию. Потому что Женя все равно будет выступать, тренировать, ездить на соревнования со своими юными спортсменами.
Без всего этого она просто не сможет, и ему следует это принять. Дан не удержит Эжени в своей квартире, как в клетке.
Им необходимо еще раз поговорить. На этот раз спокойно. Вечером, когда он закончит все свои дела в университете.
Но первой позвонила она.
И для разговора Дан уже готов не был.
Так получилось, что, собираясь поехать домой и прогревая для этого двигатель в машине, он заглянул на канал по фигурному катанию. А там выложили новую статью с кричащим заголовком: «Евгения Суббота: мое сердце абсолютно свободно».
Вот так. Ее сердце свободно. О чем теперь говорить?
