Он и сам не мог себе объяснить, почему так настойчив. Дан не был из категории людей, которые болезненно воспринимают отказ и, всеми силами осаждая предмет своего интереса, добиваются поставленной цели. Пару раз ему отказывали, случалось. Дан пожимал плечами, засовывал руки в карманы джинсов и отходил в сторону. Не судьба.
Но с Эжени отходить в сторону не хотелось. Ее лицо казалось Дану смутно знакомым, только где он ее видел, при каких обстоятельствах? Хоть убей, не мог вспомнить. Может, Женя ему просто кого-то напоминала?
Но кого?
Этими мыслями Дан долго не мучился, он снова решил ее увидеть и поговорить. Если прошлое воскресенье Эжени провела в спортивном комплексе, то логично было бы предположить, что и это она проведет там же. Расписание занятий, как правило, не меняется. А это значит – надо поехать в «Чемпион», что Дан и сделал, и даже увидел на стоянке знакомую «Мазду».
Ожидая девушку, он вышел из машины. День был чудесный – теплый, солнечный, один из тех, которыми славится начало осени.
Интересно, почему она выбрала для фитнеса воскресенье? Разве нет более увлекательных занятий в выходной? Или не успевает заниматься в рабочие дни? Но ведь пятничный вечер вполне был свободен.
Дан понял, что ему хочется узнать о жизни Эжени все.
И он узнает. Обязательно.
Владелица «Мазды» появилась на дорожке, ведущей к парковке, в то же время что и на прошлой неделе. Четкая девушка.
– Привет, – сказал Дан, помахав ей рукой.
Эжени взглянула на него так, как королевы смотрят на холопов.
– Мы играем в молчанку? – Дан подошел ближе.
– Мне казалось, ты понятливый, – пробормотала она, пытаясь найти ключи от машины.
Исследовав все отделения в рюкзаке, Женя поставила его на крышу машины и продолжила поиски.
Дан стоял рядом и наблюдал, как она проверяла карманы легкой куртки – внешние и внутренний.
– Черт.
– Не нашла? – поинтересовался он.
– Слушай, терпеть не могу, когда говорят под руку.
Дан улыбнулся, протянул ладонь и дотронулся до заднего кармана ее брюк.
– Руки! – она ударила его по локтю.
Дан быстро убрал руку, в которой оказался ключ от машины с брелоком в виде единорога.
– Не это ищешь? – он поднял ключ на уровень ее глаз, и прикрепленный брелок ходил туда-сюда, как гипнотический шарик.
Женя почти вырвала из его пальцев ключ и нажала на кнопку пульта. Машина ответила миганием фар.
– Ты бы руки больше не распускал.
– Прости, не буду, захотелось помочь красивой девушке.
– Благодарить не стану, – Женя села в машину.
– Да ты вообще, как мне кажется, «спасибо» говорить не умеешь.
Она ничего не ответила, сердито хлопнула дверью, и через несколько секунд машина тронулась с места. Дан стоял, наблюдая, как «Мазда» покидает свое парковочное место, а потом сел в свой автомобиль и последовал за машиной Эжени.
Женька не знала, почему так на него злилась. Наверное, это все из-за навязчивости. Она терпеть не могла навязчивых людей. Которые не понимают с первого раза. А уж такие упакованные – тем более.
Хотя, надо признать, какао было вкусное. И в целом ход с подарком получился очень трогательным. Женька и забыла, когда в последний раз получала именно трогательные подарки. От Ариадны не в счет. Та растопит сердце кому угодно.
Выехав на дорогу, Женя пристроилась за белой «Тойотой». День стоял замечательный. В такой день сидеть дома – преступление. Может, вытащить на прогулку Ариадну? Вот сейчас домой приедет, душ примет, переоденется и пригласит подругу на променад.
Насладиться своей прекрасной идеей Женьке не дали. Серый «Порше» пристроился слева на соседней полосе и, похоже, собирался ее сопровождать. Женя снова начала злиться. Если человек не понимает с первого раза, ну ладно – бывает, со второго – он тупой. В сером «Порше» ехал непроходимый тупица. И даже подавал какие-то знаки. Женя демонстративно не смотрела в его сторону, она смотрела на дорогу, упрямо подняв подбородок. Что-что, а поднимать подбородок – упрямо, гордо, сердито – она умела. В общем, подняла его и ехала вперед, а потом свернула в переулок. А Дан вместо того, чтобы продолжить свой путь, тоже свернул и, догнав, стал прижимать «Мазду» к обочине! Воспользовался пустой узкой дорогой. Гад. Женька затормозила. Выйти она не могла – наглец ее запер, поэтому просто опустила стекло и прокричала:
– Ты совсем уже офигел? – Женьку трясло от злости, и выражения она не выбирала. – Что ты себе позволяешь, придурок?
– Я подумал, что в рюкзаке на крыше твоей машины есть что-то ценное. Загляни наверх при случае.
После этого он поднял свое стекло и тронулся с места. А Женька осталась сидеть в машине, дрожа от негодования, ярости и чуть-чуть из-за неудобства. Она и правда забыла про рюкзак, а там… Там все! Паспорт, банковская карта, телефон… по-хорошему, надо бы поблагодарить парня, но… А нечего было прижимать ее к обочине! Сам виноват.
«Порше» уже давно скрылся из вида, Женька вздохнула и вышла из машины.
Придурок – он придурок и есть.
