– А что такое? Через неделю после Питера начнутся соревнования в Москве для более старших, я должна их подготовить. Мне не разорваться, – Людмила Борисовна пытливо посмотрела на Женю. – А тебе пора уже не только объяснять, как правильно заходить на прыжок, но и выпускать воспитанников на соревнования. Оля! Оля, рука! Руку вверх! Вот так.
Людмила Борисовна посчитала, что все сказала, и полностью переключилась на девочек, которые осваивали тулупы и лутцы, в том числе и с поднятой вверх рукой.
Женя продолжала держаться за бортик.
Людмила Борисовна вела свои тренировки в основном в валенках, Женя – на коньках.
Надеть их в первый раз после травмы и разрыва с Сеней было трудно. Лед в тот момент она ненавидела. Потом были неудачные поиски партнеров, окончательное расставание со спортивной жизнью, заброшенные на полку коньки.
Женя была уверена, что уже не вернется.
И вот теперь каждый ее рабочий день начинался с того, что она очень тщательно шнуровала ботинки, фиксируя голеностоп, а потом выходила на лед. Каждый день Женя ощущала, как металл конька касается твердой ледяной поверхности. И это было ни с чем не сравнимое чувство.
В какой-то момент пришло осознание, что без льда Женя может. Порой, оставаясь одна на пустом овале катка, она набирала скорость и летела, а потом вращалась, а потом делала спираль, проезжая на одной ноге по диагонали через весь каток.
Это было неописуемое, непередаваемое чувство свободы и счастья.
Но соревнования?
Но Питер?
Нет.
Она не готова.
К соревнованиям еще может быть.
Но не к Питеру.
Женя почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Сглотнула. Сказала себе: «Ты справишься. Это очередной вызов. Ты его примешь».
И заставила себя посмотреть на девочек.
– Лика! Давай ко мне!
Темноволосая девочка, услышав свое имя, направилась к Жене.
Подготовка к соревнованиям началась.
Было решено подобрать другую музыку и чуть изменить порядок элементов в программе.
С Лерой усиленно работали над вращениями со сменой позиций.
Возвращаясь домой по уже темному городу, Женя снова почувствовала панику.
Куда угодно, но не в Питер! Не на тот лед!
Женя ехала домой, пытаясь сосредоточиться на дороге. Но как только машина затормаживала на светофорах, перед глазами сразу же появлялась арена, полные трибуны и плакаты «Женя и Арсений, мы вас любим!», «Женя+Сеня, только вперед!».
В салоне звучал голос чтеца:
– Грищук и Платов не ошиблись ни разу. Впрочем, их танец настолько захватывал зрителей нарастающим, бьющим по нервам ритмом, что трибуны, казалось, на четыре минуты перестали дышать. Последние такты – и уже через секунду Оксана разрыдалась прямо на льду. А у борта катка тихо плакала Тарасова. Как только были объявлены оценки, я помчалась с трибуны вниз – поздравить танцоров и тренера. Каким-то образом пробралась мимо зазевавшегося охранника в раздевалку и застыла как вкопанная. Поперек деревянной скамейки, закрытый спинами врача и массажиста российской сборной, сотрясаясь всем телом, лежал Платов. Его рвало от напряжения…[10]
– Выражение «When pigs fly»[11], созвучно нашему «Когда рак на горе свистнет», то есть никогда.
Семинар по теме «Принципы работы сетевых поисковиков по словам-маркерам» подходил к концу. Тема была интересная, многоплановая, и Дан остался доволен студентами. Обычно он завершал свои занятия какой-нибудь английской идиомой, справедливо полагая, что подобные вещи обогащают кругозор студентов. Плюс это возможность закончить интенсивную пару на легкой ноте, что немаловажно для поддержания интереса к предмету. Студенты, зная такую особенность занятий, уже начинали ждать – что интересного припас для них Дан на этот раз. Пусть английские идиомы не напрямую связаны с преподаваемым материалом, и по иностранному языку имеется собственный преподаватель. Только там грамматика, перевод и аудирование, а здесь – почти развлекательная информация. Однако кто знает, при каких обстоятельствах и при каком разговоре она может пригодиться. Возможно, даже произвести впечатление.
– Другой аналог нашего рака и горы – when hell freezes over[12].
– Вы считаете, это невозможно? – поинтересовалась Кира, темная шатенка с густым, как из рекламы, каре.
– Что невозможно?
– Чтобы ад замерз? Вообще, на эту тему можно снять крутой фильм. «Замерзший ад».
Она с ним заигрывала. На каждом уроке. Красивая, яркая девочка.
– Все в ваших руках, Кира. Можете написать роман или сценарий, разработать концепцию компьютерной игры. Но сначала придется сдать экзамен по предмету.
– Не по идиомам? – она картинно захлопала глазами.
– Будем считать изучение идиом факультативом по желанию, – улыбнулся Дан. – На сегодня занятие закончено.
Когда через полчаса он вышел из университета, Кира его ждала. Прямо около «Порше». Стояла в коротеньком синем пальто и высоких сапогах, обтягивающих стройные ноги.
– Какие-то вопросы? – спросил Дан, вынимая из кармана куртки ключи от машины.
– Только один, – улыбнулась Кира. – Прокатишь?
Перешла на «ты» и снова захлопала глазами.
– Садись, – он кивнул в сторону пассажирской двери. – Все равно нам надо поговорить.
