— Женщина, одетая во всё белое. Она говорила что-то про то, что скоро всё изменится. Потом я был, как будто в воде.
— Ава, — с презрением и тихо прошептала я.
— Ты её знаешь? Нет, не так… — Хардин задумался над тем, как задать вопрос. — Ты всё помнишь, да?
— С чего ты решил? Может она мне тоже приснилась?
— Когда? Ты сегодня даже не ложилась. К тому же, сегодня из рощи ты вышла с бегунами, а они туда никого не пускают. Да и Стив сегодня с каким-то радостным видом подошёл к тебе на празднике, что-то отдал, да ещё и обнял. Поэтому, я сделал кое-какие выводы и у меня получается только то, что ты всё помнишь.
Пока Хардин мне это говорил, я смотрела на него. В его голосе отчётливо слышались нотки надежды. Через несколько минут после того, как он замолчал, а всё также смотрела на него, он повернул голову и начал смотреть на меня. Этот взгляд мне напомнил взгляд Ньюта, когда весь Глэйд узнал правду. Ньют тоже смотрел на меня с надеждой что это неправда. В глазах снова начали скапливаться слёзы и отвернулась от парня, смотря в небо и вытирая рукой соленые дорожки с глаз.
— Да.
— Ты знаешь где выход?
— Я знаю, где выход в другом Лабиринте, но не здесь, — я положила руки на перила, и упёрлась в них лбом.
— Другом? — парень был шокирован. — Сколько ещё?
— Много, наверное. Я не знаю, Хардин. Три или четыре точно есть.
— Жесть. Тони, если сравнивать наш и тот Лабиринт, какой лучше?
— Тот.
— Почему?
— Потому что, там я была своеобразной мамочкой. Если что-то не так, то все шли ко мне и просили совета. Там у меня был парень, лучший друг, брат и самый крутой медак в моей жизни.
— Медак?
— Ну, у вас это врач.
— Ты скучаешь?
— Очень, — я прикрыла глаза, вспоминая о парнях. — Мне не хватает каждого из них. Минхо, с его любимым стёбом и сарказмом. Джеффа, с его возмущениями, что я себя не берегу. Алби, с его поддержкой и заботой. Ньюта… — на имени брата я замолчала, стараясь снова не разреветься.
— Он был твоим парнем? — спросил Хардин, положив руку мне на плечо.
— Братом. Мне не хватает его вечной опеки и моих подколов над ним и балаболкой, — я нежно улыбнулась, вспоминая былое время.
— И кто из них твой парень?
— Никто. Все они лучшие друзья. А парня зовут Галли. Снова хочется проснуться от любимого голоса, что пора вставать и бежать в Лабиринт, вернуться из каменных стен и наткнуться на любимый взгляд и улыбку, услышать «я люблю тебя» и заснуть в любимых объятиях.
— Вы ещё встретитесь. Ты выйдешь отсюда и ты пойдешь за ними.
— Сначала к Правой Руке.
— А потом за ними. Только… — он замолчал.
— Что?
— Сначала вернись за нами, хорошо?
— Я тебе обещаю, Хардин.
— Спасибо, Тони, — парень наклонился вперёд и уткнулся своим лбом в мое плечо. Я судорожно выдохнула и положила свою голову на его.
***
— Вы готовы? — в наушнике раздаётся голос Калисы. Я тяжело вздыхаю и ещё раз обвожу взглядом Картоведную, что за три месяца стала почти родной.
— Да.
— Ну всё. Передавай привет всем. Завтра увидимся.
— Окей. Жди нас, детка, — усмехнулся Джордж, и я отключила наушник, хлопнув того по животу.
На следующий день, после попадания сюда и нашего разговора с Хардином, Дерек отправил меня в помощники Джорджу, а куратор картоведов взял привычку называть меня деткой. Сэм сначала ревновал, но потом вошёл во вкус и тоже начал называть меня деткой.
С Каей и Эрой я тоже сдружилась и теперь каждый вечер мы проводили вместе, сидя в сторонке от всех, что-то обсуждая и громко смеясь.
Стиви каждый вечер, после наших разговоров с Калисой, забирал у меня наушник и разговаривал с сестрой.
С Джином я подружилась на следующий день, заметив, что он что-то делает на кухне, пока Терри где-то гулял. Позже выяснилось, что он делает что-то на подобии пойла Галли, но на вкус чувствовалось очень много горечи и ощущалось очень много спирта. Я посоветовала добавить мяты и добавлять ещё больше воды, чтобы спирт чувствовался поменьше. Когда настойка была готова, её опробовали и похвалили, то напиток стал называться «Джин-Тоник».
Про то, что Хардин всё знает, я сказала только через неделю после прибытия. Дерек, конечно же, поворчал и поругал нас только для вида, но в итоге махнул на нас рукой. После этого Хардин тоже принял участие в обсуждении и составлении нашего плана.
