На третью ночь нашего пребывания в Маншане мы выключили свет и приготовились ложиться спать, но я все время ворочался и никак не мог уснуть. С одной стороны, я все время думал о пациенте, а с другой – было невыносимо душно. Так как мы с Ян Кэ ютились на одной кровати, я чувствовал исходящее от него тепло, отчего мне становилось еще жарче. Я несколько раз перевернулся с боку на бок и вдруг услышал, как Ян Кэ вздохнул:
– Ты можешь не двигаться?
– Не могу уснуть.
– А я могу, – холодно ответил Ян Кэ. – Если тебе не спится, тогда выйди.
Я повернулся к коллеге и, глядя ему в затылок, спросил:
– Как думаешь, какой у них диагноз?
Ян Кэ недовольно пробурчал:
– Ты можешь чуть отодвинуться?
– Тогда я упаду с кровати, – прозвучал мой простодушный ответ.
Ян Кэ знал мои уязвимые места и, поняв, что я не собираюсь сдвигаться, повернулся ко мне и пристально уставился мне в глаза. Через мгновение я уже послушно перелег на край кровати. Ян Кэ, видимо, решил добить меня и еще сильнее сдвинул к краю; так как кровать была очень узкой, я вот-вот упал бы с нее. Ян Кэ, хоть и казался бездушным человеком, на самом деле не хотел спихнуть меня с кровати и в последний момент задержал мое падение.
Я хотел сказать «спасибо», но тут Ян Кэ, видимо, почувствовал себя неловко от того, что так крепко схватил меня, и тут же ослабил охватку, так что я все же скатился с кровати.
– Ах ты!..
Осекшись в последний момент, я хотел снова попытаться лечь в кровать, но Ян Кэ переживал по поводу того, что я испачкался в пыли и теперь испорчу его белоснежную футболку. Мне было совершенно все равно, поэтому я улегся в кровать и припер Ян Кэ к стенке. Он больше не собирался со мной спорить и просто сказал:
– Ладно, ладно. В этот раз уступлю, а то вдруг и у тебя припадок начнется, и я с тобой не справлюсь…
Слова Ян Кэ о моем припадке были небезосновательны. Видя, что я все больше и больше раздражаюсь, он выдвинул предположение, что пациенты, приехавшие в Маншань, скорее всего, столкнулись с психозом путешественника. Название говорит само за себя: это заболевание проявляется во время поездок и является кратковременным психическим расстройством. Это довольно специфический психоз, проявляющийся в нарушении сознания, мании, галлюцинациях, расстройствах поведения и тому подобном; больные наносят себе телесные повреждения, которые в иных случаях даже могут угрожать жизни.
Психоз путешественника часто встречается в повседневной жизни: звонки о подобных случаях нередко поступают в участковые пункты на железнодорожных станциях. Иногда нам тоже звонят из технических отделов станций, чтобы мы приехали и провели психиатрическую экспертизу людей, пребывающих в неадекватном состоянии. Мы регистрировали множество разных случаев – самоубийства, убийства, пропавшие без вести и так далее, не говоря уже о людях с чудаковатым и странным поведением. Есть ученые, которые провели исследования большого количества случаев заболевания психозом путешественника – и обнаружили, что это заболевание может передаваться другим людям. Если заболел один человек, у его попутчика, скорее всего, тоже будут выявлены схожие симптомы. Главная причина этого в том, что путешественники зачастую преследуют похожие цели во время поездки и находятся в одной и той же среде.
Психоз путешественника, как правило, возникает именно среди пассажиров, путешествующих поездами. В вагонах часто бывает очень тесно, шумно и душно; вкупе с общей физической усталостью путешественники могут начать чувствовать головные боли, тошноту, раздражительность, заторможенность и другие проявления вегетативных нарушений. Но автовокзал в Маншане все же не является поездом, тогда в чем причина появления этой «дороги на тот свет»?
Благодаря Ян Кэ на меня вдруг нашло озарение…
Хотя я родился в Гуанси, но не переношу местный климат. Лето здесь очень душное, и я испытываю ужасный дискомфорт из-за того, что постоянно потею и хожу весь липкий. Когда я уехал работать в Шэньян, тамошний сухой климат тоже не пришелся мне по душе. Я постоянно пользовался увлажняющим кремом, чтобы кожа не трескалась из-за сухости воздуха, но с носом было ничего не поделать, и у меня все время шла кровь. По этому поводу Янь Кэ иногда посмеивалась надо мной, говоря, что у нее месячные идут реже, чем у меня кровь из носа.
Более, чем к сухому климату, я чувствителен к жаре. По возвращении в Гуанси я постоянно жаловался на нее, вдобавок заведующий требовал надевать костюм на работу в качестве униформы; но я всегда был против этого правила.
Находясь уже несколько дней в Маншане, я постоянно чувствовал перемены в своем настроении и постоянно препирался с Ян Кэ – и по поводу, и без. У всех людей в быту разные привычки, это неизбежно, но я все равно нарочно срывал злость на Ян Кэ, ставя его в затруднительное положение.
Я никак не мог подумать, что это не мои сознательные действия, а симптомы заболевания, которое пока что не имело таких серьезных проявлений, как у Чжан Лэя или Люй Янь.
