– Ты, видимо, действительно заболел. Там никого не может быть, разве только призрак, – сказал Ян Кэ, вроде как пытаясь запугать меня. – Ладно, прекращай болтать. В эти несколько дней на дороге в больницу проводятся ремонтные работы, и нам нужно будет искать объезд, поэтому выдвигаемся раньше.
– Я серьезно.
– Я тоже. – Ян Кэ мне не верил.
В такой жаркий день он все равно накинул пиджак – и вышел из дома с таким видом, будто не собирался меня ждать. Я знал, что мне это не привиделось, но когда Ян Кэ начал меня подгонять, я вдруг засомневался. В любом случае я беден как церковная мышь; кроме счетов, у меня и своровать нечего. Если уж хозяин квартиры не переживает, что к нам может пробраться вор, я тем более не буду беспокоиться.
Мы с Ян Кэ зашли в лифт. Там было жарко, как в духовке, но Ян Кэ, в отличие от меня, даже не вспотел, хотя на мне были надеты только футболка и шорты. Конечно, в нашей больнице есть определенные требования к одежде, но если я не нахожусь в амбулаторном отделении, то могу время от времени надевать свободную одежду. Я пользуюсь такой возможностью, потому что, во‑первых, так комфортнее, а во‑вторых, у меня всего три костюма. Если вовремя не отнести их в химчистку, то и носить будет нечего – все же не каждый врач такой богатый, как Ян Кэ.
Когда мы сели в машину, мой коллега включил кондиционер. Я боялся еще больше простудиться, но не стал просить выключить его. Ян Кэ был в пиджаке, а я сам виноват, что не взял с собой куртку. На заднем сиденье машины я увидел новенькую книгу серии «Детектива-психиатра», автор все тот же Тай Пинчуань. Это была моя самая первая работа, недостатков там немало, и читатели встретили ее особо жестокой критикой. Конечно, я был удивлен, что в этом мире есть человек, которому настолько понравились мои произведения.
Я взял книгу и сказал сидевшему спереди Ян Кэ:
– Тебе так нравится читать?
– Чтение успокаивает меня. – Он взялся за руль и посмотрел на меня в зеркало заднего вида. – К тому же автор пишет о нашей профессии. Неужели тебе не интересно?
Я решил посмеяться сам над собой.
– Совсем не интересно. На книгах много не заработаешь, и наверняка автор этих произведений находится не в самой лучшей финансовой ситуации.
Когда мы выехали из микрорайона, Ян Кэ начал просвещать меня:
– Дело вовсе не в деньгах. Кроме Тай Пинчуаня, мне еще нравится Достоевский, я им восхищаюсь. Вот он всю жизнь ходил в долгах как в шелках… Долги чуть не свели его с ума, но он продолжал каждый день писать свои произведения, стараясь вылезти из кабалы. И посмотри, какие выдающиеся у него работы! А ведь его еще к тому же приговорили к смерти и едва не повесили… Мало кто испытал такие страдания, как он.
– Тебе и такое известно! – восхитился я. Но в то же время ухмыльнулся про себя – за какие достоинства меня поставили в один ряд с Достоевским? Слишком большая честь.
Остановившись на светофоре, Ян Кэ включил музыку и сказал мне:
– Для меня произведения Тай Пинчуань – это еще и объект исследования. Все герои, о которых она пишет, из бедных семей; возможно, они являются проекцией самого автора. Я бы хотел, чтобы она продолжила писать.
– Ты и такие выводы из книги можешь сделать? – Для меня это оказалось неожиданностью – ведь раньше я и сам не осознавал того, что только что сказал Ян Кэ. Он попал в самую точку.
– Взять, к примеру, Цзинь Юна[33]: разве персонажи его произведений не проецируют его жизнь? – непринужденно спросил Ян Кэ.
Я не хотел с ним соглашаться и нарочно задал провокационный вопрос:
– Тогда почему ты думаешь, что Тай Пинчуань женщина? Ведь большинство главных героев его книг – мужчины.
– А ты откуда знаешь, что мужчины? Ты ведь не читал его произведения. – Ян Кэ повернул ко мне голову.
Я испугался:
– Следи за дорогой!
Всю дорогу мы с коллегой спорили. Возможно, мне не хватало признания от других людей, и я радовался каждый раз, когда слышал от него хорошие слова о моих книгах. Мне даже захотелось написать еще одну книгу. Единственное, я не мог раскрыть ему правду о своем авторстве – слишком долго я молчал об этом, и момент был упущен. Вдобавок мама несколько дней назад предостерегла меня от излишнего хвастовства, ведь иначе может произойти катастрофа. Кто знает, вдруг в этот раз предсказание окажется правдой…
Приехав в больницу, мы увидели новеньких ординаторов. Все они прибыли обучаться в нашем отделении, но энтузиазмом явно не горели. Наверняка думают, что им придется три года работать задаром… Раньше и я так думал. Мне казалось, что наши врачи-кураторы будут только издеваться над нами. Но если б не было возможности обучаться у врачей и мы сразу пошли работать в больницу, кто знает, сколько жизней мы загубили бы… Когда я начал работать лечащим врачом, то видел, как во время обучения люди совершали ошибки. Некоторые даже не переносили вида крови; им только и оставалось, что уйти в психиатрию.
