— В том, что ты, взрослая и, казалось бы, адекватная девушка, влюбилась в меня, как глупая малолетка, а я не хочу неоправданных рисков, — он звучал непоколебимо и уверенно, отчего её сердце продолжало пульсировать в местах, где ему вообще не положено было быть. — Мы, кажется, изначально договаривались именно на работу, и я всегда ценил тебя, как незаменимого специалиста. То русло, в которое начинают уходить наши отношения, меня не устраивает. Сегодня ты ложишься под меня, а завтра не выходишь на работу, потому что увидела меня с другой женщиной и нуждаешься в девичнике с подружками и мороженым. Сомнительная перспектива.
Вика перевела дыхание, чувствуя, что её хвалёная выдержка начинает иссякать. Но на то она и вышколила в себе железный характер, чтобы выгрызать место под солнцем, чтобы не сдавать позиции, даже будучи окружённой со всех сторон.
— Я, конечно, знаю, что твоему самомнению можно только позавидовать, но с чего такие выводы о моих чувствах, Стас?
Привычная ухмылка тронула его губы, но взгляд оставался холодным и яростным. Он словно злился на неё за то, что она сделала что-то не так.
— А нечего было верещать признания в любви, когда мы трахались.
— Ты веришь в «я тебя люблю» после оргазма? Брось, тебе ведь уже не шестнадцать, — Виктория даже немного расслабилась, сев в кресло напротив. Взгляда она не отводила, не желая быть проигравшей в этой игре.
— Я верю в то, что женщины, которые воспринимают мужчину в качестве любовника на одну ночь, не смотрят на него украдкой, не выходят на работу сверхурочно по первому зову и не пытаются всеми силами понравиться и угодить. Ты даже волосы перекрасила, а я только на днях вспомнил, как однажды вскользь ляпнул о том, что люблю рыженьких девочек. Сопоставить было нетрудно. Да и потом меньше надо трепаться на корпоративах с недо-подружками в обнимку с бутылкой вина. Всё, что мне нужно знать, доходит до моих ушей моментально, — Вика подобралась в ответ на его слова, но промолчала. — Если бы на твоём месте была наивная студенточка, которых и нанимают, собственно, для определённых целей, я бы не воспринял это всерьёз. А с тобой я знаком уже пять лет, два года из которых ты работаешь на меня, и, кажется, знаю тебя лучше, чем самых близких своих друзей. Можешь даже не пытаться мне врать. Лучше сейчас всё спокойно решим и мирно разойдёмся. Я обещаю, в долгу не останусь, премиальные и зарплату на три месяца вперед, чтобы зализала ранки, переведу сегодня же вечером.
— У меня твоих денег — жопой жуй, Стас, — она специально перевела их беседу в неформальный тон, что было гораздо привычнее. И так у нее было больше шансов его переубедить. — Я уже накопила на всё, что хотела, а сейчас работаю на голом энтузиазме.
Слово «голый» как-то совсем не во время подкинуло ему в голову пару откровенных сцен с участием Вики. Например, ту самую, где она стягивала с себя кружевное бельё и что-то щебетала об ударившем в голову шампанском.
— Отлично, теперь я чувствую себя менее виноватым.
— Брось, ничего ты не чувствуешь, — не ясно откуда взявшаяся уверенность в том, что ей удастся удержать обожаемую должность рядом с, чего уж греха таить, обожаемым мужчиной, окончательно развязала Вике язык. — А вообще, это не честно, Стас. Секс — это процесс, в котором оба принимают участие, а огребаю после этого только я.
— Я тебе уже объяснил, что дело не только в том, что мы переспали. Бог с ним с этим сексом, с кем не бывает?
А действительно.
Вика внезапно вспомнила, как он стонал и подолгу смотрел ей в глаза, вбиваясь в её тело, но для такого, как Стас, признать, что это что-то значило — слишком, конечно же.
— Допустим. Не будем ходить вокруг да около. Да, определённые чувства к тебе у меня есть, да, довольно давно. Но давай посмотрим правде в глаза? В этом месяце у тебя полный завал с отчетами и два контракта на очереди, один из которых с партнёрами из Германии, а твоя всё ещё не уволенная помощница, по счастливой случайности, как ты знаешь, владеет немецким в совершенстве. Если ты будешь искать нового человека на мою должность в сжатые сроки, то не разгребёшь всё это и за полгода. Я не говорю, что я незаменима, но сейчас не самое удачное время, чтобы вот так рубить с плеча, — девушка отодвинула от себя заявление, уверенно глядя в глаза своему начальнику, спокойно улыбаясь. — Закроем квартал со спокойной душой, будем считать это испытательным сроком, если в течение месяца данный инцидент никаким образом не отразится на нашей работе, я останусь, если нет — сама приду с заявлением, тебе останется только подписать.
Стас в очередной раз понял, что только одна женщина, после его матери, вообще имела представление, как можно им манипулировать. В ответ он сухо кивнул, а Вика, победно улыбнувшись и предложив ему кофе, покинула его кабинет, виляя точёными бёдрами, наверняка зная, что он следит взглядом за каждым движением.
***