Запросив сведения о готовности артиллерии, и получив ответ, — "Мы готовы!", и сразу после этого в небо ушла сигнальная ракета, их тоже ввёл Халифа. Орудия начали пристрелку, и вскоре начали бить беглым огнём шрапнелью по противнику, ракеты оставляя дымный след с пронзительным свистом улетали в сторону противника. Я приказал вести огонь по регулярным частям, с остальными мы справимся и без артиллерии. Они кстати после нескольких залпов, активно зашевелились и было видно, что многие начали разбегаться. Я отдал приказ, и пехота пошла в атаку, мне было, чётко видно, где идут "Нильские львы" разворачиваясь в цепи и толпы местных. Когда наши силы приблизились примерно на семьсот шагов, артиллерия прекратила огонь, и толпы наших союзников ведя беспорядочный огонь, побежала с криками в атаку. Их поддержали огнём из пулемётов и ракет наша пехота. Они сбили первую линию противника, но вторая остановила их винтовочным огнём и оставшимися пулемётами. Те, из союзников, кто запомнил, как его учили, залег на землю, многие стали отходить и даже бежать. Их остановила и заставила вновь идти вперёд уже наша пехота. Огнём уже наших пулемётов, ракет и больших ружей, заставили замолчать, сеятелей смерти противника, нанесли урон и его живой силе. После этого пошли в общую атаку, продолжая подавлять его превосходящей огневой мощью, и уже численностью. Вскоре я услышал, — "Аллаху акбар!!!", это означало, всё, с противником покончено, те, кто не сдастся, будет уничтожен, наш корпус начал входить в город.
Еще перед сражение я поставил задачу командирами батальонов и рот, чтоб они после того, как главные силы противника будут разбиты, и мы начнём вступать в город, они в первую очередь брали под контроль дворец кабаки, арсенал и наиболее богатые дома, и как можно быстрее продвигаться в сторону озера, что взять трофеями лодки и может быть даже пароходы, если там будут, чтоб немедленно пустить их в дело. Чтоб не допустить, ухода сил противника по озеру в Кению из Менго или Энетеббэ. Так же брать в плен, местную знать и местных богатеев, но, главная цель для пленения, это Аполо Катикиро Каггва, С. Мугваньи и 3. Кисингири они стали, реальными правителями этих земель, подчиняясь при этом англичанам. И вообще захватывать всех кто перешёл на сторону англичан и самих англичан.
Аполо Каггву и 3. Кисингири взяли в плен во дворце кабаки, который стоял на холме Менго, попытки его оборонять были подавлены нашей артиллерией. Местные их хотели убить на месте, но наши суданцы не дали этого сделать, пленники были ценными. Но, не все сумели избежать смерти. Воины из Буньоро убили Мугваньи, который был католиком, причём сделали это прямо в храме, который ещё и разграбили. Так же убили несколько десятков жителей, в первую очередь тех, которые были одеты лучше остальных, начался грабёж и насилие. Пришлось им угрожать артиллерией и пулемётами, дать несколько очередей в воздух, нескольких воинов застрелили, чтоб навести порядок. Мы им обещали долю добычи и выдачу тех бугандийцев, кто уж слишком рьяно служил англичан, и участвовал в расправах в Буньоро, и во время восстания кабаки Мванги и Кабареги. Их ждала скорее всего смерть, но это были уже дела местных, в которые Халифа указал особо не лезть. Мы должны были здесь уничтожить, изгнать англичан, и тех, кто им служил, и способствовать, что к власти в землях Уганды пришли враги англичан. И конечно не забыть взять побольше ценной добычи, но не через грабеж всех подряд. Хотя конечно дома здешних богатеев и их сундуки, мы оставляли пустыми, в том, числе и во дворце кабаки, они ведь все признали власть англичан, а значит, служили им. К обеду 7 апреля Менго был нами занят полностью.
Выйдя к озеру, мы стали собирать все лодки, которые нам попадались, чтоб на них выйти на озеро и уже завтра нанести удар по Энетеббэ, с суши и с воды. Батальон с орудиями был отправлен в сторону английской столицы в Уганде. Мы планировали одновременно ударить с суши и озера по ней. На большие лодки установили ракеты, против пароходов приготовили применять и русские слонобои. Главную ударную силу тут должны были сыграть две роты, как их называл Халифа морпехов, все они пошли подготовку для действий на воде ещё перед Омдурманом, и брали с боем пароходы англичан. Я сам их готовил и командовал ими. И здесь я тоже шёл вместе с ними. Всего на лодки было взято восемьсот человек.
