Менее счастливо сложилась судьба Юзефа Пилсудского, крайне буйного и таланливо-активного русофоба. Весь в отца пошёл, который во время Польского восстания 1863 года был комиссаром Национального правительства ("Жонд народовы") в Ковенском уезде.
В 1885 году Юзеф сдал экзамены за курс гимназии и поступил учиться на медицинский факультет Харьковского университета. Уже в первом зимнем семестре был подвергнут аресту сроком на два дня, затем в 1886 году за участие в несанкционированной студенческой демонстрации по случаю 25-й годовщины отмены крепостного права в России был подвергнут наказанию в виде шести дней карцера и предупреждён о немедленном отчислении в случае новой провинности.
Но, это было только начало. 22 марта 1887 года был арестован за причастность к заговору, направленному на убийство императора Александра III, которая заключалась в оказании услуг проводника по Вильно для одного из заговорщиков, пытавшегося найти яд, необходимый для реализации плана.
Несмотря на то, что в итоге Юзеф Пилсудский получил в деле статус свидетеля, 1 мая 1887 года он был приговорён к 5 годам ссылки в Восточную Сибирь. Весной 1892 года ссылка Пилсудского закончилась, но деятельность Юзефа не только не остановила, наоборот, он резко активизировался. По возвращении из Сибири, Пилсудский вступил в создававшуюся Польскую социалистическую партию (ППС). В феврале 1894 года на II съезде ППС, состоявшемся в Варшаве, Пилсудский был избран представителем Литовской секции в Рабочем Центральном Комитете ППС и стал главным редактором газеты "Robotnik" ("Рабочий"). Будучи одним из лидеров ППС, считал, что доктринальные вопросы имеют второстепенное значение и что социалистическая идеология должна быть объединена с националистической, поскольку именно такая комбинация даёт наибольший шанс на достижение польской независимости.
В ночь с 21 на 22 февраля 1900 года, за нелегально издание газеты, Пилсудский был вновь арестован. В Варшавской крепости, Пилсудский симулировал душевную болезнь и был переведён в петербургскую лечебницу для душевнобольных. Сумел в мае 1901 года организовать побег, принесший ему признание членов ППС. После побега направился в Киев, в ноябре 1901 года прибыл в Лондон, где пробыл до апреля 1902 года, в конце апреля Пилсудский возвращается в Россию.
Прочитав это и другие сведения, Артамонов и Максимов наверняка, спросили себя и друг друга, — "И зачем он такой красивый нужен. Ещё и в России?"
В июне 1902 года Юзеф Пилсудский не был избран в расширенный состав ЦРК ППС, поскольку в мае трагически погиб в стычке с подворотной шпаной от поножовщины.
Его старший брат Бронислав Пилсудский активный участник заговора против Александра Третьего и организации "Народной воли", как и Александр Ульянов) был приговорён к повешению. При утверждении приговора царь заменил для Бронислава смертную казнь 15 годами каторги на Сахалине. Там он, можно сказать, исправился, и ударился в науку, облазил Сахалин, ставил там метеорологические станции. В марте 1899 года Пилсудский с разрешения властей прибыл во Владивосток, где работал в музее Общества изучения Амурского края по 1901 год, до конца срока ссылки.
В 1902–1905 годах по поручению Академии наук на Сахалине занимался изучением айнов, нивхов, ороков — среди прочего производил уникальные записи на восковых валиках песен и речи айнов, составил словари (свыше 10 тысяч слов айнского языка, 6 тысяч нивхского языка), запечатлел на фотографиях типы аборигенов. В 1903 году Б. Пилсудский был награждён малой серебряной медалью Русского Географического общества "за труды на пользу науке" и при поддержке общества совершает поездку на остров, но уже после войны с Японией, и продолжает заниматься наукой. Как говориться совсем другой человек, после каторги и ссылки.
Другой представитель польского народа, Фе́ликс Эдму́ндович Дзержи́нский в июне 1902 года по пути к месту поселения в июне 1902 в Верхоленска упал с лодки и утонул. Он же ведь железный был, а-ха-ха! Вот так и рождаются анекдоты, — "Ленин спрашивает, — "Товарищи, а где Фе́ликс Эдму́ндович! А ему Троцкий отвечает, — "Так он утонул, Владимир Ильич". Как утонул!? Он ведь отлично умел плавать! Троцкий и говорит, — "Ну, и что, он ведь Железный!" М-да, юмор, хоть и чёрный. Может на досуге, мне начать сочинять анекдоты или на пенсии, если доживу.
