По всему Йемену распространяли слухи, что турки и англичане хотят поделить его между собой, это вызывало возмущение и у знати и у бедноты. Первые боялись ещё потерять и без того уже урезанное влияние и богатство, вторые понятно, от такого раздела не ждали для себя ничего хорошего. В Йемене всё громе звучали призывы начать вновь борьбу против турок и англичан. Для этого нашли даже нескольких участников похода 1858 года похода на Аден султана Лахеджа Али 1-го и сражения у Шейх-Усманом. А уж участников восстаний против османов в 1891 — 1892, 1894 — 1895 и 1898 — 1899 годах было полным полно, и многие из них были в расцвете сил, имели боевой опыт и умели обращаться с оружием. Хотя в Йемене все умели обращаться оружием, что сказать… наши люди. Оставалось только их вооружить, но современным оружием.
После того как в марте 1903 года якобы турки совершили покушение на имама зейдитов Яхья бен Мухаммеда Хамид-ад-Дина, и других их нобилей, несколько из них были убиты, он поднял восстание против турок. Тем более ему было чем это делать. Судан ему активно продавал, трофейное английское и итальянское оружие, винтовки, пулемёты, картечницы Пальмкранца-Нордефельта, артиллерию, ракетные установки, ручные гранаты уже своего производства. Пулемёты, патроны, артиллерию, частично покупали у буров и Менелика у них этого добра было много. План действий в Йемене был прост, зейдиты начинают против турок, остальные по всему Йемену подхватывают знамя борьбы уже против британцев и всех кто с ними заодно.
Хорошо вооружённые отряды имама Яхья бен Мухаммеда Хамид-ад-Дина, весьма быстро разогнали турок, и в декабре 1903 года заняли Сану и другие города. В том, числе и несколько точек на побережье Красного моря. И из северного Йемена в земли Хадрамаута, то есть южный Йемен, пошёл поток оружия и людей. С началом восстания в северном Йемене на юге резко усилилась агитация против местных султанов и знати, которые за деньги признали власть неверных и предали веру. Собранные коллаборантами отряды, повстанцы махом разогнали и уменьшили количественно с помощью пулемётов и артиллерии, некоторая часть знати была казнена за предательство.
К лету 1904 года южный Йемен охватило пламя восстания, как против местных богачей и знати, так и англичан. В Восточном протекторате Аден они потеряли его центр Эль-Мукаллу, в Западном протекторате сидели только в самом Адене и малом Адене. Это меня вполне устраивало. Пусть лучше этим занимаются, чем лезут в русско-японскую войну. Собирают войска и пробуют одолеть повстанцев, которые вооружены теперь далеко не карамультуками и заряженные идеей построения своего государства. Британские газеты обвиняли в этом то Россию, то Судан или обеих сразу. Они то думали, что только они умеют или только им позволительно использовать повстанцев в свою пользу. Бумеранг однако. Он конечно и обратно может прилететь, но, пока идёт война России и Японии бриты будут заняты ей. Если Россия её выиграет или не проиграет, то бритам придётся очень серьёзно заняться Большой Игрой, ведь положение дел в мире будет уже совсем не в их пользу. И чтоб жЕнтельмены вели себя адекватно, в Лондоний был послан ещё один явный сигнал.
В разгар истерии по поводу русско-суданских пиратов, в Россию убыл с длительным визитом мой сын, наследник — Осман Шейх-эд-Дин сотоварищами. Сын радовал меня, свою роль наследника он понимал правильно, великосветской муйнёй не занимался. Как впрочем, и остальная молодая поросль племенной знати Судана. Они учились, служили в армии, на госслужбе.
Его принял император — Михаил 2-й, ряд топовых министров, о совершил несколько поездок по стране. Был заключен договор о дружбе и сотрудничестве, соглашения и договора по экономике, военному сотрудничеству. Две сотни молодых суданцев стали курсантами профильных военных училищ в России, студентами университетов. Вот и пусть на Даунинг-стрит ломают голову, заключили Россия и Судан союз против них или нет. Военный союз не был заключён, но, было принято решение в варианте, "как только так сразу". Хотя конечно в новую войну мне влазить не хотелось, и я был уверен, что благоразумие бритов и их умение играть в долгую будет тот путь, по которому они пойдут. И не будут влазить в войну на стороне Японии прямо.
