Лея молча вытянула надо мной небольшое зеркало. Сначала мне показалось, что оно разбито, или направленно не туда, но… Нет, просто это была моя грудь. Точно от ее центра расходилось огромное пятно, даже не темно-синее как обычная гематома, а почти черное. Оно покрывало практически всю грудную клетку, его неровные края доходили до самых ребер, но ближе к краям пятно становилось немного светлее.
— Кто или что тебя так? — С заботой спросила Лея, приблизившись к моему лицу.
— Старый знакомый. — Прохрипел в ответ я, чувствуя, что веки мои набирают вес по экспоненте. — Я все расскажу, а пока… почини меня Сестренка…
Я почти спал… Знаете, это довольно неприятное ощущение — тебе нездоровится, жар, тошнота, или любое другое «плохое» состояние, когда ты открываешь глаза, а перед ними все вращается, словно тебя засунули в карусель, двигающуюся по кругу и высунули наружу твою голову. И все вокруг кружится, кружится, кружится. Тебе не нравится это, и ты закрываешь глаза. Только вот даже это не спасает от вращательного синдрома. Так вот, на этот раз все было немного по-другому. Это ощущение не вызывало дискомфорта. Было удивительно, правда недолго. Очень скоро и это прекратилось, и я вел беседы с Рикой, сидя на облаках, с Данте, летая по каким-то невиданным лесам и горам, а потом что-то теплое прикоснулось к моей щеке.
— Слейвин…
Я открыл глаза. Их покрывали мурашки, легкое покалывание, сродни тому будто в глаза насыпали немного песка или своей же высохшей кожи. Рядом сидела Лея. Она была без маски, я видел ее лучезарную улыбку и ощущал мягкую кожу пальцев, которые осторожно гладили мою щеку.
— Привет. — Пробормотал я. Глаза застилала пелена и я старательно пытался ее проморгать. — Как у нас дела?
— Ну здравствуй, мой Темный Волк. — Лея улыбнулась, а пальцы ее все еще нежно гладили мою кожу. — Довольно неплохо. Ты, только постарайся не делать резких движений.
Отличное начало беседы.
— Да? А что так? — Я пристально всмотрелся в глаза девушки и взял ее за руку. — Лея, я понимаю, что я в заднице. Мне только нужно понять насколько глубоко.
Да, по своему состоянию и по той боли, что при всей своей жути местами напоминала мне боль моей сломанной руки, я догадывался, что все не есть прекрасно. Но я должен был знать точно.
Лея тяжело вздохнула.
— У тебя множественные переломы груди. — Выдохнула она. — Не слишком сильные, но чересчур множественные. И ребра почти все сломаны.
— Кости задели органы?
Лея посмотрела мне прямо в глаза и отняла руку. Я хорошо помнил уроки анатомии — если сломать человеку ребра, кости могут ранить внутренние органы. И я хорошо знал, чем это грозит.
— Я не знаю. — После паузы ответила Лея. — У меня нет рентгена и никакого другого способа узнать наверняка. Внешний осмотр выявил подобную возможность.
Я постарался улыбнуться ей.
— Сестренка, — я потянул к ней пальцы и она, немного поколебавшись, снова дала взять себя за руку, — значит пятьдесят на пятьдесят. А с этим уже можно работать. Не волнуйся.
— Не волнуйся. — Фыркнула она. — Да как я могу не волноваться!.. — Она вдруг глянула на меня, отвернулась и смахнула со лба мокрую от пота челку. — Угораздило же меня… Знаешь, той кто станет твоей, будет очень сложно.
— Это почему же? — Улыбнулся я в ответ.
— Да потому что нелегко с тобой. Чтобы доказать истину моих слов, ты творишь абсолютно сумасшедшие вещи.
— Я не специально. — Шутливо ответил я. — Просто я понимал, что больше некому.
— И после этого ты смеешь утверждать, что ты не лидер?
— Не знаю. Ты ведь сама сказала, что время еще не пришло. Что люди не готовы.
— Люди может и не готовы. — С каким-то странным подтекстом проговорила Лея. — А я готова.
Я молчал. Несколько секунд, но в такой ситуации это достаточно долго. Лея тоже молчала. И пристально смотрела мне в глаза. Мы оба все понимали и, будь это возможным, все сейчас шло бы по-другому. Но возможно это было лишь в другой реальности. Чувство вины, переполняющее меня, наверное хорошо читалось в моих глазах.
— Когда вы уходили, — Лея немного подалась назад, но руку мою продолжала держать очень крепко, — я думала… я думала, что больше не увижу тебя. Я прощалась с тобой, но никак не могла смириться с этим… Не хотела верить в это… Теперь ты пришел, и с одной стороны я… я счастлива… я рада, я верила и моя вера вознаградилась… с другой стороны… — Она шумно и резко втянула носом воздух, всхлипнула.
— Лея… — неуклюже начал я.
— Ты уверен? Ты точно уверен, что это она? Она Та Самая?
— Я уверен, что она мой мир.
Лея сжала губы, резко выпрямилась и посмотрела вверх, задержав дыхание. Я понимал, какую боль ей сейчас причинял, но я думал, что если бы я пошел на сделку с совестью и чувствами, в итоге, я бы причинил ей боль несравнимо большую.
— Прости меня, Сестренка. — Очень виновато проговорил я, поглаживая ее по руке.
Она была умной. Она была очень умной. И мудрой. Она вытерла лицо свободной рукой, повернулась ко мне и сделала весьма успешную попытку улыбнуться.
— Если когда-нибудь поймешь, что ошибаешься — ты знаешь, где меня найти.
