– Вы, стало быть, старший здесь? – продолжил он, кивая на винтовку у меня за спиной и на группу курсантов, которые неподалёку делили между собой трофеи.
– Старший, – подтвердил я, выпрямляясь.
– Вам что-нибудь нужно? – спросил он. – Могу ли я чем-то помочь?
Взгляд бургомистра, хоть и старательно отворачивавшегося от неприятных сцен, выдавал искреннее желание сделать что-то полезное. Я оценил его храбрость – быть в этой ситуации, ещё и рядом с такими бойцами, как мы, явно не входило в его обязанности.
– Нужны лопаты, много лопат, – ответил я, указав в сторону поля. – Нужно оборудовать оборонительные позиции. Люди нам тоже не помешают. Добровольцы, если есть. Пусть сами решают. А ещё, если сможете, передайте по телеграфу о том, что здесь произошло. Командование должно быть проинформировано.
Бургомистр кивнул, вытер пот со лба и пробормотал:
– Телеграф? К сожалению, связь пропала утром. Думаю, линия повреждена.
– Значит, это не случайность, – сказал я больше себе, чем ему. – Ладно, можете идти, господин Штольц. Чем быстрее доставите лопаты и людей, тем лучше. И отправьте известие о всём произошедшем здесь с посыльным. Думаю, это на сегодняшний день самый надёжный способ связи.
– Всё сделаю, – коротко ответил он, спешно повернулся и залез обратно в бричку.
Я проводил его взглядом. Смелый мужик, подумал я. Не каждый бы в такой момент рискнул сунуться на передовую. Да и не каждый стал бы добровольно заниматься тем, что по сути уже можно считать обречённой попыткой. Его пример невольно заставил и меня, и парней собраться.
Бричка, запылив колёсами, исчезла за поворотом. Теперь оставалось только ждать.
Примерно через час из городка показалась довольно внушительная толпа. В основном это были мужчины, вооружённые лопатами, кирками и носилками, а кое у кого за спиной торчали стволы охотничьих ружей. Во главе этой необычной колонны, всё на той же бричке, восседал бургомистр, который с неподдельной серьёзностью отдавал указания.
Когда они подошли ближе, я заметил усталость на их лицах, но и что-то большее – решимость. Видимо, слова Штольца и грядущая угроза сделали своё дело. Я шагнул вперёд, остановил бричку и кивнул:
– Спасибо вам за это, господа. Сейчас каждый из нас – важная часть общего дела.
Бургомистр спрыгнул с брички и, дыша тяжело, как человек, не привыкший к таким нагрузкам, бодро отрапортовал:
– Лопаты, кирки, носилки – всё, что могли найти. Даже ружья кое-какие прихватили, хотя патронов к ним немного. Скажите, где и что копать.
Я провёл их вдоль рубежа, объясняя, где нужно рыть траншеи, где оборудовать блиндажи, и указал места для пулемётных гнёзд.
– Для картечниц, – начал я, – оборудуем позиции на флангах. Если успеем, сделаем что-то вроде перекрытий траншеи брёвнами в нескольких местах.
Работа закипела. Кто-то резво копал траншеи, кто-то пилил брёвна и утаптывал землю для укрытий. Тем временем бургомистр, проявляя свою хозяйственность, организовал доставку еды. Нас хорошо накормили горячей похлёбкой с мясом, а к ней добавили вкусные пироги.
Поначалу парням кусок в горло не лез, особенно тем, кто ещё недавно собирал трофеи с поля боя. Но вскоре горячая еда, ароматный запах и простая необходимость утолить голод сделали своё дело. За столами слышался даже смех – нервный, но всё же признак того, что ребята немного пришли в себя.
Пока мы ели, я расспросил бургомистра о ситуации в округе. Его рассказ подтвердил, что позиция для обороны выбрана удачно. Мы стояли на небольшой возвышенности, с левой стороны текла река с заболоченными берегами, а справа начинался густой лес. Калдарийцам оставалось лишь атаковать в лоб, и это давало нам шанс задержать их здесь подольше.
– Вы выбрали хорошее место для обороны, – заметил бургомистр, наливая себе кружку чая.
– Нас этому учили, – отмахнулся я, уже мысленно составляя план.
Быстро перекусив, я отозвал Андрея, Саймона и ещё несколько толковых ребят. Они должны были стать расчётами пулемётов.
Мы приступили к изучению картечниц, вспоминая всё, что учили на теоретических занятиях. В реальном бою до этого дня нам стрелять из них не приходилось. Проверив состояние пулемётов и магазинов, я распределил бойцов по расчётам. Ребята тут же взялись за снаряжение магазинов патронами.
Обходя позиции, я отдал распоряжение подготовить для пулемётов запасные рубежи. Правда, перемещение этих «бандур» оказалось задачей не из лёгких – весили они внушительно. Видимо, я слишком громко озвучил своё недовольство, потому что один из мужчин, копавший неподалёку, выпрямился, отёр лоб и сказал:
– Господин командир, не беспокойтесь. Многие из нас останутся здесь с вами. Нешто мы пустим ворога в свои дома? Вы нам оружие дайте, а уж мы не подведём. А пушки ваши, ежели надо, мы и на руках перетащим.
Я посмотрел на него, отмечая в его голосе твёрдость и решимость. Остальные мужчины вокруг закивали, поддерживая его слова.
– Хорошо, – ответил я после короткой паузы. – Оружие будет. Но помните: главное – слушать команды и не рваться геройствовать. Работать будем вместе.
