Судьба гнева и пламени полностью

– Да, кроме этой довольно существенной проблемы, – сухо говорит он. – После нескольких дней пристального внимания со стороны Абарран и ее клинка, если они решат заговорить, как ты думаешь, что они скажут? Кого обвинят в убийстве короля Эчана и королевы Эсме?

Зандер многозначительно смотрит на меня.

– Меня? Но я ибарисанка, как и они.

– И, возможно, предатель в их глазах, особенно после той убедительной речи, которую ты произнесла перед ними в тронном зале. Мы не можем так рисковать. Так что, нет, мы не хотим, чтобы они заговорили. Никогда. По крайней мере, не публично и уж точно не в суде.

Я ругаюсь себе под нос. Возможно, мои навыки мошенничества не так полезны, как я себе внушила.

– Для той, у кого присутствует твердое понимание о самосохранении, ты, кажется, полна решимости не выжить.

– Но ты король. Ты решаешь, что со мной будет.

– Я потеряю доверие многих, включая лорда Тэлора, если станет очевидным, что я сознательно сажаю убийцу родителей на трон королевы. Им будет наплевать на мои причины.

– Ненавижу это говорить, но я тоже начинаю сомневаться в твоих причинах.

– Это потому, что ты их не понимаешь, и я не собираюсь перед тобой объясняться. – Его челюсти напрягаются. – Твое нападение на Цирилею доказало моим врагам, что королевскую семью можно победить, даже не имея силы армии. Это придало им мужества. Что произойдет, если что-то случится с моим местом на троне? Что будет с тобой? Эдли не любит Ибарис. Он не освободит тебя. Ты столкнешься с судьбой, которой так отчаянно пытаешься избежать.

Я содрогаюсь при мысли о костре.

– Ты думаешь, Тайри сделал бы это? Назвал бы мое имя?

– Вы двое не особенно близки, однако сей факт может оказаться очередным твоим обманом. Я бы не ставил против него, особенно если он считает, будто ты отвернулась от своего королевства.

– Тем больше причин позволить мне поговорить с ним. Вот для чего я здесь, Зандер. Используй меня. В противном случае эта игра бессмысленна.

– Я согласен, поэтому мы и собираемся его увидеть.

Я запинаюсь – такого ответа я не ждала.

– Когда?

Внимание Зандера останавливается на моем наброске. На его лице мелькает любопытство, но он ничего не говорит. Только берет накидку, которую я бросила на спинку кресла с подголовником.

– Сейчас.

Нервы напрягаются, когда я встаю. Я тянусь за полупрозрачной тканью в его руках, но он сам набрасывает одежду мне на плечи.

– Спасибо. – Я украдкой бросаю взгляд на лицо короля и обнаруживаю на себе его пристальный, непроницаемый взгляд, пока его пальцы завязывают золотую ленту. Вид у него устрашающий взгляд, и это заставляет меня сказать: – Я слышала, у вас здесь есть библиотека.

– Это правда. – Он колеблется. – Есть что-нибудь, о чем ты хотела бы прочесть?

Обо всем. Судьбах, Великом Разломе, этих мифических нимфах и их магии.

– Немного об истории Илора.

– Полагаю, Элисэф сможет отвести тебя туда.

Кончики его пальцев касаются моей ключицы, и от простого мимолетного прикосновения у меня по телу пробегает дрожь. Уголки его рта дергаются.

– Перестань.

– Перестать что? – спрашивает он с притворной невинностью.

Мои щеки краснеют.

– Подпитывать свое мужское самолюбие. Мне это не нравится.

– Тогда я предлагаю тебе научиться тренировать свою реакцию. – Зандер предлагает свою руку. – Ну что, идем в подземелье?

После секундного колебания я сжимаю пальцами его руку.

Путь в подземелье замка долгий и трудный, вдоль дюжин коридоров и вниз по спирали перекошенных лестниц, которые можно назвать не иначе чем смертельными – одна сторона открытая, без перил, и освещена лишь светом факелов. Все спроектировано так, будто сама дорога в подземелье – уже смертный приговор. Я цепляюсь за руку Зандера без стыда, совершенно не желая узнавать, насколько долго придется падать, если поскользнешься.

– Ваше Высочество. – Страж низко кланяется, а затем с ворчанием распахивает тяжелую железную дверь.

Все мои чувства мгновенно атакует зловоние плесени, мочи и ржавого металла, сопровождаемое какофонией низких стонов.

Высвободив руку из моей хватки, Зандер кладет ее мне на поясницу, а затем толкает меня через порог. Я прижимаю уголок накидки к носу, в попытке отгородиться от неприятного запаха, прежде чем меня вывернет наизнанку, и иду вперед по темному коридору. Камеры выстраиваются в ряд по обеим сторонам, закрытые, если не считать маленьких зарешеченных окошек в дверях. Хрипящий кашель, будто прямо из глубины души, заставляет меня сжимать зубы от жалости.

Чем они заслужили свое место здесь? И заслужили ли вообще?

Я тихо ступаю по проходу, не желая привлекать внимание и видеть их несчастные лица. Мыши снуют туда-сюда, запрыгивая в дыры, образовавшиеся в стенах, и так же легко выбираются из них.

На полпути мы проходим мимо двух мужчин-стражей в кожаном одеянии, похожем на одежду Абарран: у одного три светлые косы, как у нее, у другого полностью голый скальп. Это, без сомнения, элитные воины Легиона. Они наклоняют головы и отходят в сторону, но молчат, когда мы проходим мимо, выражения лиц пусты.