Судьба Конрада полностью

Эту часть нам рассказывали не один раз. Из-за того, что в течение обеда произошло еще по крайней мере два изменения. Каждый раз разговор вроде как встряхивался и немного откатывался назад. Кристофер начал выглядеть слегка виноватым. Каждый раз он обращал ко мне взгляд, надеясь, что я ничего не скажу. К концу обеда он стал притихшим и встревоженным.

Затем прозвонил колокольчик. Нам с Кристофером пришлось вернуться к своим обязанностям вместе с Эндрю, Грегором и двумя лакеями-актерами. Наверху лестницы поджидал мистер Амос, гася сигару в обычном месте. Я был уверен, он знал, что мы побывали в его тайном погребе. Я чуть не сбежал. Кристофер побледнел. Но мистеру Амосу нужны были новые лакеи. Нас он отправил дальше в столовую.

Что бы мистер Амос ни сказал актерам, это заставило их страшно нервничать. Они были кошмарны. Они постоянно путались друг у друга под ногами. Фрэнсис разбил две тарелки, а Манфред опрокинул стул. Эндрю и Грегор всем своим видом выражали презрение. А когда вошла графиня в сопровождении леди Фелиции и графа Роберта, настала очередь продолжительного звона ножей, высыпавшихся из ящика, который Фрэнсис выдвинул слишком сильно. Графиня остановилась и вытаращила глаза. Она была красиво одета для поездки в Ладвич.

– Приношу свои извинения, миледи, – произнес мистер Амос. – Новый персонал, понимаете.

– Так вот в чем дело, – сказал граф Роберт. – Я думал, война началась.

Графиня одарила его полным отвращения взглядом и прошествовала к своему стулу, в то время как Фрэнсис, покрасневший так, как, по-моему, человек покраснеть не может, ползал по полу, собирая ножи с ее пути. Мистер Амос кивнул мне и Кристоферу помочь ему. Я ползал по полу, а Манфред умудрился расплескать суп на половину ножей, когда откуда-то донесся самый что ни на есть величественный звон – как будто звонили к отпеванию в соборе.

– Парадная дверь, – произнес мистер Амос. – Прошу меня извинить, миледи, милорд. Мистер Прендергаст еще не освоился со своими обязанностями, – он схватил Эндрю за руку и прошептал: – Поставь этих двух идиотов к стене, пока я не вернусь.

После чего вихрем вылетел из комнаты.

Грегор резко пнул меня – типично для него – и заставил меня подавать суп вместо Манфреда. Когда я наполнил всем троим тарелки, а графиня, держа ложку возле губ, говорила: «Фелиция, дорогая, у нас с тобой по дороге в Ладвич состоится очень серьезный разговор насчет мистера Сейли», – мистер Амос принесся обратно. Он выглядел почти взбудораженным. Когда он беззвучно закрыл дверь, я расслышал доносившийся снаружи голос мистера Прендергаста:

– Говорю вам, я вполне способен открыть дверь, грушеобразный урод!

Все сделали вид, будто не слышали.

Мистер Амос подошел и склонился над графом Робертом:

– Милорд, в вестибюле посыльный короля – он желает поговорить с вами.

Графиня резко вскинула голову. Ее ложка со звоном упала в суп.

– Это еще что такое? Просит поговорить с Робертом? Что за чушь!

Она вскочила. Граф Роберт тоже встал.

– Сядь, – велела она ему. – Это какая-то ошибка. Я здесь главная. Я поговорю с посыльным.

Она отодвинула графа Роберта и зашагала к двери. Манфред попытался компенсировать свои ошибки, бросившись открыть ей дверь, но поскользнулся на пролитом супе и с глухим ударом шлепнулся на пятую точку. Кристофер юркнул открыть дверь вместо него, и графиня выплыла из комнаты.

Граф Роберт просто пожал плечами, и пока Фрэнсис и Кристофер поднимали Манфреда, он обогнул их кучу-малу и подошел поговорить к леди Фелиции. Она сидела, опустив голову, и выглядела по-настоящему несчастной. Я не слышал большую часть того, что сказал ей граф Роберт, но когда Грегор пихнул меня вытереть суп с пола, граф говорил:

– Держись. Помни, она не может заставить тебя выйти замуж за кого бы то ни было. Ты ведь можешь сказать «нет» у алтаря.

Леди Фелиция печально посмотрела на него:

– Я бы на это не рассчитывала. Мать – настоящий гений в том, как добиваться своего.

– Я что-нибудь придумаю, – сказал граф Роберт.

В этот момент графиня вернулась, злая и чуть ли не искрящая.

– Ну и ну! – произнесла она. – Какая дерзость! Я сразу выставила его за дверь.

– Чего он хотел, миледи? – спросил мистер Амос.

– В округ прибывает Королевский Уполномоченный, – ответила графиня. – Они хотят, чтобы я приняла его как гостя в Столлери. Подумать только! Я сказала этому типу, что не может быть и речи, и выпроводила его.

Грушеобразные щеки мистера Амоса слегка побледнели.

– Но, миледи, – произнес он, – это, наверное, была просьба самого короля.

– Знаю, – ответила графиня, садясь на отодвинутый Эндрю стул. – Но король не имеет права вмешиваться в мои планы.

Мистер Амос сглотнул:

– Прошу прощения, миледи. Но пэры области обязаны оказывать гостеприимство эмиссарам короля при необходимости. Мы же не хотим разозлить его величество.