— Не рано! — отрезал отец. — Раз не рано бродить одному ночью по Черному замку.
Мидир вскинул опущенные было глаза, но Джаретта уже и след простыл. Очередное проявление королевского могущества.
— Пойдемте, мой принц, — позвал его Киринн. — Моя королева, — поклонился он Синни, — вас велено проводить в ваши покои.
— Я даже не знаю… — прикусила губу Синни. — Мне не хотелось бы оставлять сейчас сына… Любого из них!
Мэрвин почему-то закатил глаза, а вот Мидир принялся вертеть головой от одного взрослого к другому — вдруг решение еще переменят и позволят пойти с мамой? Это даже неважно куда, главное, с мамой!
— Не стоит прекословить королю, — со вздохом возразил Киринн. — Я обещаю вам, что присмотрю за вторым принцем.
— Квохчешь над ним, как несушка, — не смог удержаться Мэрвин от очередного укола.
— Такова моя работа, принц Мэрвин, квохтать над каждым волком в пределах Черного замка, — ровно ответил начальник замковой стражи.
Мэрвин опять покривился, но длить разговор почему-то не стал. Киринн, похоже, ответа и не ждал, махнул рукой в тяжелой латной перчатке, и за уходящей Синни проследовало четверо королевских волков, неожиданно — при доспехах и оружии.
— Куда мы идем? — спросил Мидир, вцепившись в свободную от всяких там командирских жестов руку Киринна.
— Тут недалеко, мой принц, — выдохнул тот неожиданно печально.
— Смотри, не огорчи отца, — Мэрвин пошел следом. — Более того, чем уже огорчил. Не отводи взгляда и не приведи Кернуннос, чтобы тебя вырвало.
Мидир в досаде и недоумении перебирал, что этакого он не видел. Наказание, больше бьющее по самолюбию, чем по силе — нагретая на жаровне металлическая голова волка — еще не опускалась на его плечо. Он вытерпит. Ничего страшного, просто заживает дольше, чем обычный порез или ушиб. Но, правда, речь словно бы шла не о нем.
Голова отчаянно болела, не давая Мидиру сообразить, в чем дело.
— Это все мыслеслов, — неожиданно сказал Мэрвин, вновь, уже второй раз подряд, обратив внимание на гримасу младшего брата. — Его последствия. Больше пока не пробуй, а то голова возьмет и взорвется!
— Пр-р-равда, Кир-р-ринн? — окаменел от ужаса Мидир, а Мэрвин вперился взглядом в Киринна.
— Я не могу оспаривать того, что сказал наследный принц нашего великого Дома и всего Благого Двора, — примирительно произнес начальник замковой стражи. — Не думаю, что у вас вновь получится позвать мыслью кого-то в ближайшее время, но проверять не стоит.
— Не пробуй, даже не пробуй, — подмигнул брат, а Мидир набычился.
Неожиданное и редкое магическое умение не терпелось испробовать вновь. Вот как общаются Мэрвин и Джаретт, когда переглядываются, разговаривая о чем-то, явно недоступном окружающим.
— А можно прямо еще с кем-то говорить? — не удержался Мидир.
— Я обещаю, что учителя займутся вашим обучением мыслеслову в самое ближайшее время, потому что… — Киринн не успел договорить: ему под ноги чуть не упала волчица.
Глупый огромный волк почему-то отшарахнулся так, что закрыл Мидиру весь обзор! Из-за чужого плаща с мягким подбоем и мягко блестящих доспехов ничего видно не было! Вот совсем. Мидир скривился пуще прежнего и дернул взрослого за руку, но вместо того, чтобы посторониться, Киринн заслонил обзор окончательно.
— Киринн, спаси его! Ты можешь! — голос чужой волчицы ввинчивался прямо в уши, раззадоривая головную боль.
— О-го-го! Уж не та ли это красавица, что Луаннис принял за королеву? Не сильно-то и похожа! — усмехнулся Мэрвин, разглядывая кого-то, кого Мидир не видел. — Слава старым богам, хоть не белая!
Причем тут слава каким-то богам, Мидир бы не сказал и за настоящий двуручный меч. Привлек внимание только Киринн, который тяжело вздохнул, вольно и мягко, отвлекая от неприятных ощущений в голове другим ощущением — будто под руками Мидира задышала закованная в латы гора.
— Поднимайся, Лейника.
— Да, хватит валяться. Десятой доли того, что совершил этот… — щелкнул Мэрвин пальцами, — этот Луаннис, хватит для приговора. Нарушить уединение королевы!
— Он был не в себе! — судя по шороху платья, неведомая Лейника встала.
— Он хватал за руку королеву, насильно принуждал к любви, более того, чуть было не придушил моего брата!
Если прежняя беседа оставила Мидира равнодушным — вечно взрослые решают темную тучу вопросов, мешая один с другим по известному только им порядку! — речь о нем сразу вернула второго принца к жизни. Слушать о себе хотелось и было приятно, Мидир горячо соглашался, что заслуживал всего возможного внимания!
— Не очень-то у него получилось, — прокашлялся он из-за спины Киринна, но выглянуть на Лейнику ему все равно не дали.
— А если бы получилось, то сегодня же от клана белых волков не осталось бы и памяти воздуха! — Мэрвин неожиданно вступился, как будто действительно был зол. — Скажи спасибо Джаретту Великолепному, что к смерти приговорили только одного из них!
— Уведите ее, — тяжело уронил Киринн. — И не отпускайте до рассвета.
