Судьба магии. Книга вторая полностью

– Да. Я здесь. – У меня сводит челюсти, мышцы напрягаются так, что вибрируют. – Я здесь. И я видела, чего хочет Хольда, чего хочешь ты и Абноба, и я совсем не уверена, что все это правильно. Я не думаю разрушать наш мир. Но не могу позволить, чтобы остальной мир продолжал страдать, в то время как у нас есть возможность помочь. Вот чего я хочу. Не разрушить Древо. Не разрушить наши обычаи. А расти. Чтобы…

– А разве это не противоречит нашему учению, нашему образу жизни? Посмотри, как ты вошла в эту гробницу, как отбивалась от моих солдат. Это было испытание, проверка, достоин ли тот, кто ищет камень, а ты потерпела неудачу. Ты отказалась от своих знаний, заклинаний и практик, дарующих доступ к магии. Ты использовала связь, установленную между тобой и твоим воином, но даже ее ты извратила дикой магией! Ты отдала себя на милость самой отвратительной силы из всех, какие мы знаем, и используешь ее, чтобы очернить священный союз между ведьмой и воином, так что даже магия, на которой основана ваша связь, отвратительна.

– Мы не…

– Если бы ты действительно хотела пройти мое испытание, – продолжает Перхта, и на ее бледных щеках появляется румянец, – ты бы заметила, что в этой комнате есть все, что может понадобиться ведьме для сотворения необходимых заклинаний, чтобы извлечь камень из статуи. На столе травы для такой, как ты, Фридерика. Там есть и ингредиенты – ингредиенты, которыми воспользовалась Корнелия, в отличие от тебя. То, как она сражалась с тем стражем, Алоисом, гораздо больше соответствовало требованиям, предъявляемым к связанной магическими узами паре, чем то, как ты позволила своему воину истощить твой запас магии. Ты хотя бы пыталась поработать вместе со своим воином? Пыталась приготовить зелье? Нет. Ты опасна для нас. Ты и твой воин.

Я снова пытаюсь вырвать свою руку, но она крепко прилипла к камню Перхты, и мне остается лишь смотреть на нее широко раскрытыми, полными паники глазами, пока она возвышается надо мной.

– У нас с Отто нет никого, кто мог бы нас обучить, – оправдываюсь я, и мой голос срывается. – Нет никого, кто мог бы…

– Ты и твой воин пришли сюда и осмелились ступить на могилу одного из моих величайших чемпионов, – Перхта указывает на лежащий рядом труп, завернутый в тонкую льняную ткань, упокоенный в зале, пропитавшемся гнилью и смертью. – Ты осмеливаешься думать, что сможешь заполучить этот камень. Ты высокомерная и эгоистичная, такая же опасная, как Дитер, а я позволила Хольде проводить свои эксперименты. Позволила, даже когда она с твоим братом так нас подвела. Но я не дам тебе разрушить наши обычаи.

В зале темнеет. Из туннеля возникает порыв ветра и наполняет воздух запахом, будто перед ударом молнии. В голове у меня вихрь из ужаса и первобытного страха, я снова и снова дергаю рукой, пытаясь освободиться…

Но потом я слышу ее.

Я слышу, как ее слова отдаются эхом…

«Наши обычаи».

Снова и снова.

Она – богиня традиций.

– Но… – Я облизываю губы, во рту пересохло. Я смотрю на нее, и мой страх замирает, как задержанное дыхание. – Ты тоже нарушила обычаи.

Перхта прожигает меня яростным взглядом.

– Что ты сказала?

Появляется трещина. Щель, через которую проникают свет и свежий воздух, и я делаю глубокий вдох, внезапно ощутив, как туман рассеивается, и мой страх отступает достаточно, чтобы я смогла думать.

– Ты тоже нарушила обычаи, – повторяю я. – Эта гробница… неправильная планировка. Здесь не должно быть ни верхнего уровня, ни зала. Согласно древним правилам, здесь должна была одна комната. Вот и все.

Перхта сжимает челюсти.

– Ты думаешь, что можешь…

Но я еще не закончила. Я только начала. Трещина расширяется, пока мой страх не растворяется в гневе, который вспыхивает каждый раз, когда я подавляю свои истинные эмоции по отношению к Филомене, Рохусу, Перхте, даже к Дитеру и хэксэн-егерям, ко всем, кто пытается диктовать, кем мне быть, или заставляет расходовать свои силы до последней капли в попытке соответствовать их ожиданиям. Я потратила так много времени, драгоценного, скоротечного времени на усилия быть принятой ими, что даже не подумала, как научиться принимать себя такой, какая я есть на самом деле.

В этот момент я с изумлением понимаю, как много потеряла, сосредоточившись на том, как соответствовать требованиям других.

Я вдруг представляю, какой великой могла бы быть уже сейчас, если бы посвятила эти годы не тому, чтобы выживать, а тому, чтобы жить.

Слезы застилают мне взор, и от моего взгляда Перхта вздрагивает. Это не так приятно, как хотелось бы.

– Ты ненавидишь меня за то, что я нарушаю традиции, – говорю я голосом, таким же твердым, как камень в наших руках. – И все же ты нарушила больше традиций, чем кто-либо другой. В этом зале, да, но и за его пределами тоже.

– Я богиня правил и традиций, – бросает Перхта. – Я не позволяю нарушать правила ни тебе, ни кому-либо из тех, кто живет в соответствии с…