С пленным клановым мехвоином также я смог договориться. Его звали Гай. Именно он управлял «Лесным волком» в том бою на Вотане. Гай был воином клана Кречета. Вольнорожденным. Двадцати пяти лет от роду. То есть он принадлежал к той группе клановцев, что считается низшей по праву своего рождения. Но несмотря на это, он пробился наверх и стал членом воинской касты. А это говорит о многом. В обществе кланов вольнорожденным (тем, кто родился обычным путем, так сказать) гораздо трудней занять место в кабине боевого робота, чем вернорожденным (тем, кто родился в искусственной матке). Поговорив с Гаем, я понял, почему такой выдающийся воин оказался в захолустном гарнизоне. В клане Кречета очень трепетно соблюдали традиции и до сражений со сферовцами на передовой вольнорожденных просто не допускали. Вся слава и почести победителей тут доставались вернорожденным.
Хотя я считаю такую политику идиотской. Разделять воюющую нацию (а я считаю, что кланы – это отдельная нация со своим менталитетом) на две группы, которые ненавидят и презирают друг друга… Ну это ли не идиотизм высшей пробы. Вернорожденные, стоявшие на вершине клановой иерархии, презирали вольнорожденных. Те отвечали им той же монетой. Их вместе держало только одно – долг перед кланом. Так вот, что-то я увлекся. Гай, практически не раздумывая, согласился быть членом моего отряда, когда я объяснил, кто мы такие и чем занимаемся. Смешно, но в обществе кланов не было наемников.
В клановую концепцию мира наемники не укладывались. Клановые воины все поголовно (даже вольнорожденные) воевали не за деньги, а ради своей славы и славы своего клана. В клановой воинской среде, кстати, по моим ощущениям царил голимый коммунизм. Там людям деньги вообще не были нужны. Все воины клана от ханов до рядовых жили по-спартански, а все необходимое им предоставлял клан. От них требовалось только одно – драться насмерть во славу клана. Так что Гая мне даже особенно уговаривать не пришлось. Как только он узнал, что сможет опять воевать, то практически сразу же согласился вступить в наши ряды. Война была смыслом его жизни. Его так воспитали. Он был воином и никакой другой жизни для себя не хотел. Так у нас появился еще один неплохой мехвоин. За Гаем я закрепил «Боевого орла». Ему этот мех был хорошо знаком. Вот и будет на нем воевать.
«Лесного волка» я ему возвращать не собирался. Теперь это мой командирский мех. Законный трофей, так сказать! Этого боевого робота наши техники по прилете на Аутрич починили одним из первых. Я его обкатал и остался доволен. Поразительная для такого большого робота скорость и маневренность. После «Лучника» ощущение – как будто пересел из-за баранки тяжелого самосвала за руль новенького маневренного джипа. Огневая мощь «Лесного волка» также впечатляла. На каждом плече этого семидесятипятитонного меха расположены бронированные кубы пятнадцатиствольных установок ракет дальнего действия. Каждая рука оканчивается массивным охладительным кожухом, в котором прятались два тяжелых дальнобойных лазера. Ну и два крупнокалиберных пулемета на торсе под кабиной в качестве противопехотного средства.
Кроме того, этот данный «Лесной волк» был оснащен прыжковым реактивным двигателем, что сильно повышало его мобильность на поле боя. Такой мех, как и все остальные наши клановые трофеи, был омнисом. А значит, на нем можно было легко сменить конфигурацию вооружения. Но я ничего менять не стал. Для меня и так сойдет. Вот только распорядился поставить еще и противоракетную систему, клановую, между прочим! Теперь для «Стального пламени» – это стандарт. Все наши мехи среднего класса и выше будут иметь ПРС. Очень полезная и нужная в бою штука. Убедился многократно на собственном опыте. Поэтому на безопасности своих бойцов экономить не буду.
Помимо клановцев, наши ряды пополнили и другие люди. К «Стальному пламени» присоединились еще пять новых мехвоинов. При этом трое новичков пришли к нам все из того же сахалинского ополчения. Это уже становится традицией какой-то! Что у них там на планете происходит? Я бы на месте властей планеты Сахалин выгнал на хрен все командование милицейских частей. Это же какую гнилую атмосферу внутри подразделения надо создать, чтобы оттуда в массовом порядке уходили такие неплохие бойцы. Кто же там воевать-то будет, если вдруг на Сахалин нападет реальный враг? Может, мажоры из золотой молодежи, которые получили свои должности по протекции своих пронырливых родственников? Эти-то точно много не навоюют! Ладно! Бог им судья! А для «Стального пламени» такое положение вещей было большим плюсом. К нам пришли трое довольно профессиональных мехвоинов, за которых поручились их земляки, служившие в рядах «Стального пламени». Звали новичков Олег Медведев (позывной «Шатун»), Дмитрий Иванов (позывной «Молот») и Евгений Саблин (позывной «Казак»).
