— Понимаешь, я встречалась только один раз, ну, ты знаешь, с Ваэмом. И я сама его бросила, ну, ты тоже наверняка слышала, он был сам виноват. Я ясно сказала, что если он будет со мной, то пусть даже не смотрит в сторону других девушек, но он... — Хельга тяжело вздохнула. Воспоминания о Ваэме болью отдавались в груди. — А теперь его нет, и Фриар признался мне. И я приняла его признание.
— Оу, — прошептала Кораль.
— Но теперь понимаю, что я поступила неправильно. Я не смогу быть с ним, ведь всегда буду думать про Ваэма и про то, как это ужасно с моей стороны. Скажи, чувства Фриара же искренние, да?
Впрочем, Хельга и сама знала ответ на этот вопрос, видела в его фиалковых глазах. И всё же она ждала, пока Кораль думала над ответом.
— Думаю, да.
Хельга тяжело вздохнула.
— Вот в этом и проблема. И он мне тоже, кажется, нравится. Но он не заменит Ваэма, и я не хочу, чтобы он был заменой! Это нечестно по отношению к нему, я так не могу…
— Не очень понимаю, — честно ответила Кораль. — Но если ты чего-то не можешь, то зачем себя мучить? Да, ему будет больно, однако на первом месте всегда должны быть твои собственные чувства. Уж поверь, я знаю о чём говорю. — Кораль посмотрела в сторону окна и тихо продолжила: — Я умела видеть чувства людей почти с самого детства и всегда хотела угодить, понравиться, загладить вину и так далее. Да, это помогало расположить к себе, но такая жизнь не нравилась мне самой. Я не чувствовала себя собой, скорее я была глиной и постоянно лепила другую себя с разными людьми. Этисса научила меня поступать так, как я хочу. Она многое для меня сделала... Однако я отвлеклась.
Кораль едва улыбнулась, видимо, в знак извинения. Ведьма редко улыбалась, в основном лицо её оставалось строгим и серьёзным. Кажется, именно это раньше мешало разглядеть настоящую Кораль. А ещё, конечно, тот факт, что она — правая рука Малиаса. С другой стороны, и это можно понять. Ей, как единственной ведьме, нужно было влияние в Совете, вот она и делала всё возможное, чтобы его завоевать.
— Вернёмся к чувствам, — продолжила Кораль. — Знаешь, почему я хочу быть с Зэлом? Потому что он уважает меня и мои чувства. А твой Фриар, уж извини, но эгоист.
Хельга чуть улыбнулась, пожалуй, так и есть, но Фриар умело это скрывал. А на фоне Ваэма и скрывать-то не нужно было. И всё же Ваэм заботился о жизнях друзей больше, чем о своей.
— Впрочем, я также вижу, что кроме его самого, единственная, кто его по-настоящему волнует, это ты.
— Я совсем запуталась... — призналась Хельга.
— Ничего, подумай. Куда торопиться?
― Просто не вовремя. Сейчас совсем нет времени ещё волноваться и о Фриаре, особенно когда мы задумали такое… Мне до сих пор не по себе.
Хельга и Фриар поделились, что они впустят чёрных псов за барьер и устроят хаос, чтобы дискредитировать нынешнюю работу магов. Кораль и Зэл согласились, а вот Хельге до сих пор затея казалась жуткой. Возможно, потому что именно чародейке предстояло привести чёрных псов своими руками.
― А ещё ты можешь напрямую с ним это обсудить, поделиться чувствами, это тоже помогает.
Хельга кивнула, собираясь при следующей встрече так и поступить.
Но на следующий день Фриар взял её за руку, его тепло так приятно согревало, а фиолетовые глаза смотрели с такой преданностью и обожанием, что Хельга так ничего и не сказала.
