Вот и фонтанчик посреди площадки, засыпанной розовым гравием, вода тихонько журчит, переливаясь с камушка на камушек.
Маня взяла Льва за руку и заставила остановиться.
– Что вы задумали? – спросила она очень строго. – Зачем вы нас сюда привезли? Что вы знаете об этом… месте?
Лев осторожно пожал ей пальцы.
– Не волнуйтесь, Маня. Совместными усилиями мы во всём разберёмся.
Следом за ним Маня поднялась по широким пологим ступеням.
Знакомая богатая прихожая с картинами, люстрами и паркетами показалась Мане какой-то странной, и вдруг она сообразила – при входе стояло несколько пар разнообразной обуви! Раньше здесь не было никакой обуви, и вообще дом производил впечатление нежилого!..
Выходит, в нём живут?! Люди приходят с улицы и снимают в прихожей обувь?!
Маня вошла в гостиную и остановилась, словно налетела лбом на бетонную стену.
В комнате было полно народу. С ходу она никого не узнала и пробормотала неуверенно:
– Добрый день.
На неё оглянулись.
Маня перевела дыхание, оглянулась на Льва, потом на Лёлю в поисках поддержки.
– Хэлло, слушай, чего ты придумала-то? Чудик какой-то меня сюда притаранил, а я вообще не в теме!
Маня поддёрнула очки, всмотрелась и узнала блогершу Кару Ван!
– Ты бы мне сама брякнула и хоть рассказала, чего такое за эвент намечается!
– Привет, Кара.
– Здрасьте, – ледяным тоном поздоровалась Ирина Горохова. – Я так и знала, что это ваши происки, уважаемая неугомонная Марина Покровская. Имейте в виду, у меня большие связи. И я не позволю…
– Располагайтесь! – перебил её Лев Граф. – Маня, на диване вам будет удобно.
– Добрый день, – весело поздоровалась вынырнувшая из-за шторы Виктория Павловна. – Гортензии-то у вас какие, я прям любуюсь! Отщипнёте мне по осени корешок? У меня-то дачи сроду не было, а у Феди моего и дочки его Викуси такой участок, загляденье! Вот бы ещё гортензию возле крылечка посадить. Она быстро разрастается?
Маня сказала, что быстро, и пообещала «отщипнуть корешок».
Овальный стол в центре гостиной был полностью сервирован для чаепития – сандвичи с лососем и огурцом, булочки с изюмом, слоёные пирожки с мясом, разнообразные мармелады и шоколады, всё первоклассное и узнаваемое, из «Астории».
Маня сердилась не на шутку. Она всегда сердилась, когда чего-нибудь не понимала.
– Присаживайтесь к столу, – пригласил Лев. – И позвольте поблагодарить всех присутствующих за то, что никто не отказался от встречи.
Кара Ван фыркнула:
– Да я б сто пудов отказалась, да мне спонсор не позволил! А он звонит и говорит, нужно съездить, поговорить с одним хорошим человеком. Ну, вот и пришлось!
Ирина посмотрела на неё с презрением и ничего не сказала. Интересно, а её как заставили?..
– Я собрал здесь всех, кто был на приёме у ясновидящей Эмилии накануне её смерти, – начал Лев. – Собственно, исключительно затем, чтобы задать несколько вопросов.
– Оля, – сказал Сергей Петрович в безмерном удивлении. – Ты тоже у неё была?
Лёля мрачно кивнула:
– Она лечила Марфу. – Быстро взглянула на Сергея и добавила умоляюще: – И сеансы помогали! Помогли! Она сейчас совсем другая! И разговаривает, и рисует.
Сергей смотрел на неё с брезгливым отвращением. Лёля ещё что-то пробормотала, смешалась и замолчала.
Маня подхромала к ней, взяла за руку и усадила рядом с собой.
– Дело в том, – продолжал Лев Граф, – что Эмилия Дмитриевна была моим другом много лет. И я решительно не мог пустить расследование её гибели на самотёк.
– Кто вы такой? – ледяным тоном спросила Ирина Горохова. – Полковник ФСБ?
– Я не имею отношения к силовым структурам.
– Тогда почему вас интересует расследование?
– Потому что Эмилия была моим другом, – повторил Лев терпеливо. – Маня, что вы на меня так смотрите?
– Я ухожу, – объявил Сергей. – Я в шабашах участия не принимаю.
– Дом охраняется, – сказал Лев любезно. – Я распорядился никого отсюда не выпускать, пока мы не закончим. Не нужно демонстраций, Сергей Петрович. Присядьте и поговорим.
– Ты знала, куда мы идём? – спросил Сергей у Лёли. – Вот про всё это сборище ты… знала?..
Лёля отрицательно покачала головой. Мане показалось, что она вот-вот разрыдается.
– Марина Покровская, – тут Лев кивнул Мане, – тоже не могла оставить это дело, потому что Эмилия Дмитриевна приходится ей тётей.
Кара неожиданно хохотнула басом:
– Ты правда, что ль, племянница? Слушай, а ведь вы с ней похожи! Ты потому и ко мне приходила, да? Про тётю узнать?
– Я приходила, чтобы установить мотив!
– Какой ещё мотив?!
– Я встречалась со всеми здесь присутствующими, чтоб узнать, у кого был мотив для убийства.
– Узнали? – язвительно поинтересовалась Ирина.
Маня кивнула.
– И у кого же?
– У всех! – выпалила писательница. – У вас в первую очередь! Вы просили тётю приворожить мужа вашей сестры. Чтоб он стал вашим! А она отказалась наотрез! И вы её убили.
Ирина пожала плечами:
– Ненормальная! Чокнутая просто. Таким место в дурдоме.
Лев выразительно похлопал ладонью по скатерти, призывая к тишине, как на собрании.
– Марина, насколько я понимаю, устанавливала мотивы, ну а я зашел с другой стороны. Я устанавливал возможность. У кого была возможность убийства.
