Однажды настоятель Моисей, проходя мимо кельи отца Леонида, увидел вокруг стоящего у двери старца толпу посетителей. Настоятель осторожно напомнил Леониду о воле епископа. Старец, указывая на лежащего у кельи калеку в параличе, ответил: «Посмотрите на него, он живой в аду, я могу помочь ему. Господь прислал его сюда для покаяния, чтобы я открыл ему его грехи». Настоятель упорствовал: «Его высокопреосвященство грозит вашим арестом». А отец Леонид возражал: «Ну и что ж? Хоть в Сибирь меня пошлите; хоть костер разведите, хоть на огонь поставьте, я буду все тот же Леонид. Я к себе никого не зову, а кто приходит ко мне, тех гнать от себя не могу».

Отца Леонида переселили в другую келью, подальше от монастырских ворот, чтобы лишить его какого бы то ни было контакта с народом. Но когда он направлялся в храм, его ждали толпы. Люди вокруг него теснились, падали перед ним на колени, лобызали края его одежды. Ожидали новых мер против старца. Говорили даже об отправлении его в отдаленный монастырь на Белом море – Соловки[115].

Жизнь отца Леонида была строго размеренной. Он никогда не спал больше трех часов. В два часа утра он вставал на молитву – это было единственным свободным временем, которым он располагал. Всю остальную часть дня он принимал посетителей, никогда не прерывая рукоделия: сидя на своей кровати, он плел пояса.

Один из посетивших Оптину паломников оставил нам очень живую картину приема у старца Леонида:

«Старец весь в белом сидит среди своих учеников и посетителей, стоящих около него на коленях и его слушающих. Обратившись к одному купцу, отец Леонид спрашивает, какова цель его посещения. Купец отвечает: “Я пришел за вашими советами, батюшка”. – “Сделал ли ты, что я приказал тебе прошлый раз?” – “Простите меня, батюшка, я не могу этого сделать”. Тогда старец приказывает своим ученикам беспощадно выдворить купца вон. Во время всей этой сцены купец роняет золотую монету. “Поднимите ее, – говорит старец, – и дайте проходящему сейчас мимо монастыря страннику; она ему пригодится”. Спрошенный о причине такой строгости по отношению к купцу, старец отвечает: “Этот человек уже давно приходит ко мне. В последний раз я приказал ему бросить курить. Он мне это обещал. Теперь он больше не хочет отказаться от своей страсти. Пусть он сначала сделает то, что я ему сказал, а потом приходит за другими советами”».

Вот два из наставлений старца Леонида: «Берегитесь более всего зазирать и осуждать ближних – нам есть о чем попещись: свои язвы греховные смердят, надобно о них прилежать. За других вы ответа не дадите, а за себя». «Живи проще – и Бог тебя не оставит и явит милость Свою».

Так возник главный мотив оптинской мудрости: не осуждать – и во всем простота. Тома изречений оптинских старцев крутятся в основном вокруг этого. «Где просто, там ангелов со сто – где мудрено – там ни одного», – говорил после святой Амвросий Оптинский.

Старцы происходили из самых разных сословий. Среди них был бывший блестящий военный – преподобный Варсонофий; бывший учитель духовного училища – преподобный Амвросий; бывший финансист – преподобный Макарий; бывший портной – преподобный Илларион; бывшие торговцы – преподобные Лев, Иосиф, Анатолий… Удивительно, но научиться старчеству для них никогда не было поздно: кто-то начинал с 19 лет – в этом возрасте пришли в монастырь преподобные Никон и Исаакий; Варсонофий – в 47; а преподобный Макарий – в 46 лет.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже