Лидия слушала сестру с замиранием сердца. Анна схватила ее за живое. Конечно, женщина уже не верила, что сможет родить. И она сама, и врачи центра репродуктологии поставили на ней крест, как вдруг сестра вновь начинает ее обнадеживать.
— Поиздеваться решила за Шадрина, да? — со злостью ответила Лида. — Давай, пока.
Лидия развернулась и стремительно начала удаляться от сестры в противоположную сторону.
— Подумай! — громко крикнула ей в след Анна.
На следующий день Лида вышла на работу в дневную смену. В больнице все было по-прежнему: санитары перевозили на каталках пациентов, бегали медсестры и врачи, Татьяна отвечала на звонки, общалась с родственниками пациентов, отдавала поручения санитарам и медсестрам. Всё было на своих местах — обыденная суматоха.
Лида подошла к посту регистратуры, взяла ручку и пододвинула к себе журнал дежурств.
— Нам везут проникающее ранение со стройки. Ты возьмёшь? — спросила Таня.
— Владимир Анатольевич у себя? — спросила в ответ Лидия.
— С шести утра как на месте. Ты пациента возьмёшь или нет? — возмущенно, но при этом ни капли не обижая женщину снова задала вопрос Татьяна.
— Я специально пришла пораньше, чтобы решить свои вопросы. — тактично ответила ей Лида. — Моя смена начинается через полчаса.
— Ладно, я попрошу его, чтобы он тебя подождал и не торопился умирать. — иронично сказала женщина с поста регистратуры.
— Смешно. — недовольно отреагировала Лидия.
Она направилась в сторону кабинета главного врача. Эту ночь женщина практически не спала. Сначала она думала над верностью принятого собой решения, а потом проигрывала в мыслях несколько раз беседу с Владимиром.
Женщина постучала в дверь кабинета и вошла, не ожидая приглашения. Владимир сразу поднял на неё глаза. Её приход стал лучом света в его тёмном кабинете. Он не смог сдержать улыбку радости. С каждым днем Владимир все больше восторгался красотой Лидии, её простотой и изяществом, умением сочетать несочетаемое.
— Владимир Анатольевич, подпишите, пожалуйста. — протянула она мужчине лист бумаги, сложенный пополам.
— Мы снова на «вы»? — озадаченно спросил Владимир, разворачивая бумагу.
— Мы ведь на работе. — точно подметила женщина.
— Это что? — с недоумением посмотрел он на Лидию, ознакомившись с её заявлением об увольнении по собственному желанию. — Почему ты решила уйти?
— Так будет лучше. — холодно отозвалась Лида. Её новую жизнь не получалось построить в старом городе среди старых знакомых. Поэтому для того, чтобы начать свою историю сначала, ей нужно было в первую очередь найти новый город, новую работу и обрести новых знакомых.
— Кому лучше?! — возмущенно воскликнул Владимир, поднимаясь из-за стола.
— Всем! — громко сказала женщина. — Я сестре своей в глаза смотреть не могу! Я постоянно попадаю в какие-то неприятности и втягиваю в это людей, которые мне очень дороги. Я не хочу больше портить жизнь своей сестре, не хочу вытягивать тебя в свои проблемы. Поэтому мне будет лучше переехать в другой город.
— Ты несёшь полнейший бред! — строго, как с провинившейся подчиненной, заговорил с ней мужчина. — Я не могу говорить за Анну, хотя более чем уверен, что она не держит на тебя зла. Но я… я не могу тебя потерять. Ты очень нужна мне.
— Ты ведёшь себя как эгоист.
— Вот именно. — зацепился Владимир за её слова. Однако, эгоистом он считал не себя, а Лиду. — Ты бежишь отсюда, считая, что все проблемы тут, но они будут и там, потому что от себя ты убежать не сможешь. Ты так же не будешь общаться с сестрой, также будешь вляпываться во всякие истории. Только там может не оказаться тех, кто тебя любит и готов помочь во что бы то ни стало. Тех, кто примет тебя такой, какая ты есть. — его слова звучали очень убедительно и душевно. Он держал Лиду за руку, страшась отпустить сейчас и больше никогда больше не прикоснуться. Лида была женщиной с очень упертым характером, поэтому переубедить её практически никто никогда не мог. — А Лиза… — вдруг сказал Владимир. — Она безума от тебя, она наконец-то начала улыбаться, ты даже смогла вытащить её из заточения в своей комнате. Она хочет ещё путешествовать, хочет общаться с тобой. Если ты уедешь, что я ей скажу? Что с ней будет? Она снова впадет в депрессию?
— Я могу ей иногда звонить или приезжать в гости. — сказала женщина.
— И делать ей таким образом ещё больнее? — опечалено произнёс Владимир.
— Вот только ребёнком не надо манипулировать. Я не та, кого вы оба ищите. Я не подписывалась быть мамой для Лизы. Да, она — чудесная девочка, мне о такой дочке остаётся только мечтать. Но я не её мама и не смогу ей стать.