– Нет, черт возьми!
Сердце забилось так быстро, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Каждая клетка моего тела задрожала от напряжения. Совсем как тогда, в машине. Перед аварией. Я больше не мог сдерживаться. Не знал как.
– Отнюдь. И знаешь что? – Гектор шагнул ко мне и продолжил, понизив голос до заговорщического шепота: – Тебе это понравилось.
Бушующая внутри меня буря, эта дикая смесь вины, самобичевания и гнева, вырвалась наружу. Но обрушилась не на меня, а на дома вокруг – и те с грохотом рухнули. Все до единого. В воздух поднялись облака пыли, которые темными пятнами оседали на снег.
Я дышал так, будто пробежал марафон, хотя не сдвинулся с места. Мои руки были опущены. Я все еще дрожал, но от охватившего меня напряжения не осталось и следа. Весь… хаос исчез, и ему на смену пришло облегчение. И стыд. Горький стыд.
– Вот оно, – произнес Сайрус, медленно растягивая губы в довольной улыбке. – Вот оно.
Я все еще качал головой, хотя не мог больше отрицать очевидного и прятаться от правды. Не после того, как разрушил целый город, не пошевелив и пальцем. Не после того, как из-за меня произошла авария, в которой погибли мама и сестра Блэр.
Внезапно я почувствовал, как на плечо легла тяжелая рука, и поднял голову.
– Рагнарек – это не конец, хотя все думают иначе, – сказал Сайрус. – Рагнарек – это новое начало. Для нас и для людей. Гибель ждет лишь других богов и их слуг, а Видар, его последователи и все человечество наконец обретут свободу.
– Хочешь сказать, что… – я откашлялся, потому что мой голос охрип и теперь звучал устало. – …что конец света – это что-то хорошее?
– Ты ведь понимаешь, что «конец света» – это не что иное, как подмена понятий? – сухо вставил Гектор. Окружавшая его темная аура рассеялась. Гектор зачерпнул рукой горсть снега, слепил снежок и бросил его в один из разрушенных домов. – Видар вступил в битву с богами и вышел из нее победителем. Боги исчезли вместе с Асгардом, своей обителью, но не погибли. Они еще могут вернуться и забрать себе власть. Вот о чем говорится в преданиях о Рагнареке. О решающей битве с богами, их дальнейшей судьбе и окончательном уничтожении. Не о конце света.
– Гектор прав, – кивнув, подтвердил Сайрус. – После битвы, которая принесет с собой смерть, пламя и тьму, возникнет новый мир. Мир, где не будет места ни валькириям, ни богам, за исключением Видара. Мир, принадлежащий людям. И нам, ведь хаос неразрывно связан с людьми, куда бы те ни пошли, что бы ни делали и что бы ни оставили после себя, – закончил Сайрус.
Проследив за его взглядом, я увидел развалины домов. Обрушившиеся стены. Разбитое стекло. Сломанные балки. Все было уничтожено.
Может, в словах отца что-то есть? Может, конец света и правда означает новое начало?
– Пойдем, – сказал Сайрус, сжав мое плечо.
– Куда?
– К остальным. И тогда… тогда мы приступим к твоим тренировкам.
Раньше я думала, что ничего сложнее уроков в школе в моей жизни нет и не будет. Но я ошибалась. Господи, как же я ошибалась! И за последние несколько недель я ясно это поняла.
– Еще раз! – Голос Тайры разнесся по равнине, как раскат грома. Она стояла передо мной, расставив ноги, и вызывающе смотрела на меня. – Это все, на что ты способна? Ты же валькирия, Хельхейм тебя побери! Веди себя соответствующе!
– А ты – наследница Тора. – Я стряхнула с колен травинки, выпрямилась и со стоном схватилась за бок, куда прилетел удар Тайры. Пульсирующая боль стремительно распространялась по всей левой стороне тела. – Даже если я буду тренироваться следующие сто лет, тебя мне не победить.
– А твоя мать могла.
Я замерла.
– Что?
Взгляд ее золотистых глаз пронзил меня.
– Да ты и правда не в курсе, – пренебрежительно фыркнула Тайра.
– Не в курсе чего?
– Твой род берет начало от Хель, – напомнила Тайра и откинула с лица прядь светлых волос, которая выбилась у нее из косы. Как она умудряется заплетать свои короткие волосы в косу, да еще такую, чтобы не мешала во время тренировки и не распускалась от резких движений, остается для меня загадкой. – Хель входила в число самых могущественных скандинавских богов, – невозмутимо продолжила Тайра. – Некоторые полагают, что она была могущественнее самого Одина. По крайней мере в ее собственном царстве, в Хельхейме.
– А со мной как это связано? – неохотно спросила я, смахивая травинки с тренировочной майки.
Тайра закатила глаза и ударилась в объяснения:
– Помимо того, что валькирии уносят павших героев в Вальгаллу, у каждой из нас есть свои магические способности. Хель обладала властью над душами всех людей и даже над душами богов. Ты должна не только полагаться на рукопашные навыки, но и задействовать свои магические силы. Всегда. Особенно в бою. У тебя столько потенциала, а ты его не используешь! – С каждым сказанным словом голос Тайры становился все злее. – Под моим началом находились легионы, я тренировала целые войска, и никто никогда не разочаровывал меня так, как ты. В общем, выпей чего-нибудь, пока в обморок не упала, и давай уже продолжать.
