– О чем ты говоришь? – прошипела Келси. – Мир до Перехода был хуже, чем наш нынешний!
– Но мы-то этого не знали! – Ловкач взглянул на нее почти умоляюще. – Нам ничего не рассказывали. Мы знали только то, что говорил Роу. А он говорил, что тот мир был лучше, что в нем процветали умные и трудолюбивые. У них дома были лучше, еды больше и отличное будущее впереди… этим он нас и завлек.
Келси стиснула кулаки. Когда-то ей казалось, что она влюблена в этого мужчину, но теперь было ощущение, что это случилось не с ней. Мальчишка, Гэвин, затмил все те чувства. Даже если бы Ловкач прямо сейчас заявил о своей вечной любви к ней, она бы просто рассмеялась ему в лицо.
– Почему, во имя всего святого, ты не рассказал мне этого всего раньше? – потребовала она ответа. – Чего ты рассчитывал добиться, так много скрыв от меня?
– Ты приписываешь мне намерения, которых не было, королева Тира. Ответ намного проще: мне было стыдно. Смогла бы ты легко выложить все самые постыдные моменты своей жизни на суд незнакомцу?
– Нет, – ответила она после секундного раздумья. – Но я бы и не стала ставить собственную гордость выше блага всего королевства.
– Какого блага? Все это в прошлом, уже триста лет как в прошлом. Какое это теперь может иметь значение?
– Прошлое всегда имеет значение, глупец, – рыкнула Келси. – Еще раз спрашиваю, кто убил Джонатана Тира?
– Ох, его убил Роу, – ответил Ловкач устало. – Он убил их всех, и Дориан, и Вирджинию и Эвана Олкотта, всех, кто мог доставить неприятности. Он убил даже мисс Зив, библиотекаря, но было слишком поздно; она успела спрятать все книги в надежном месте.
– Он же не мог убить их всех в одиночку.
Ловкач посмотрел на нее с укоризной.
– Ты пытаешься пристыдить меня еще сильнее, королева Тира? Я был дураком, но что сделано, то сделано. Я пролил над своим прошлым немало слез.
– Что случилось после смерти Джонатана?
– Я помог Кэти бежать. Это был единственный мой хороший поступок, потому что Роу собирался избавиться и от нее тоже. Но она носила ребенка, она сама мне сказала, и я не мог не обратить внимания; это был бы слишком большой грех…
– Забудь об этом! – коротко велела Келси; слово
– Она мне не сказала. – Ловкач отвернулся, но Келси успела заметить в его глазах отголоски прежней боли, и внезапно вспомнила, что он как-то пытался пригласить Кэти на летний праздник. Он восхищался ей, или даже больше, достаточно, чтобы помочь ей бежать… но недостаточно, чтобы помочь еще и Джонатану. – Она исчезла, прихватив с собой корону Роу. Когда он об этом узнал, то взбесился, и я думал, он убьет нас всех, но к тому времени он уже начал таять. Кэти прокляла нас, но потребовались месяцы, чтобы понять, что с нами что-то не так.
– Ее наказания явно было недостаточно.
Лицо Ловкача пошло красными пятнами от гнева, и на мгновение Келси показалось, что он может ее ударить. Но затем его кулаки разжались, и он устало облокотился на перила балкона, признавая поражение.
– Говори, что хочешь, королева Тира. Но если ты проживешь долгие века, проводив в последний путь всех, кто был тебе дорог, а мир вокруг тебя всегда будет полон чужих людей, может быть, твое мнение изменится.
Но Келси была не в том настроении, чтобы ему посочувствовать. Она обернулась, глядя на раскинувшиеся перед ней земли, и прищурилась, глядя на северо-запад в тщетной попытке увидеть Новый Лондон. Но какой Новый Лондон? Город Кэти или ее собственный? Оба сейчас были в осаде, и Келси внезапно стало горько из-за разбитой мечты Уильяма Тира. Он так много работал, чтобы достичь своего лучшего мира… как и все они – и Лили, и Дориан, и Джонатан, и все те люди, что совершили Переход. Они боролись и голодали, и даже умирали в попытках достичь извечной мечты человечества, но не знали, что в идее Тира были просчеты. Слишком просто. Утопия – это не идеальное общество, каким его воображал Тир, это постоянное развитие. И человечество должно работать, чтобы достичь такого общества, работать упорно, изо всех сил стараясь не допускать в будущем ошибок прошлого. Над этим будут трудиться целые поколения, возможно, бессчетные поколения, но…
– Мы достигнем его, – пошептала Келси. – А если и нет, то нужно стараться подойти как можно ближе.
– О чем ты, королева Тира?
