Аганна прибыла слишком поздно - Мизгаэль уже умер. Служанка дома, в котором остановились Разенет и его свита, сообщила, что капитан Пожирателей нарисовал кровью какую-то дьявольщину на своей груди и груди эльфа, но это не сработало и теперь Разенет тоже заражён каким-то ядом, попавшим через порезанную руку от эльфа к Разенету. Аганна сорвалась с места наверх по лестнице, перепрыгнув оба пролёта за пару секунд и вбежала в комнату, открыв дверь на распашку, ударившуюся ручкой об стену так, что небольшая картинка, висящая на гвозде, упала на пол, разбив раму. Комната выглядела так, будто здесь прошлась орава орков - шторы были порваны, стол был разбит в щепки, стулья валялись в углу, подушки и простыни разорваны; не разорена была лишь кровать, на которой, когда Аганна отбывала, лежал Мизгаэль.
Когда Аганна спросила про Разенета, служанка сказала, что ковал что-то в кузнице всю неделю, но все боятся к нему подойти, так как он уже одного доброго человека ударил по лысине, слава Матери, тупым клинком. Аганна направилась в кузницу, на которую указала служанка и увидела толпу зевак, что-то кричащих. Протиснувшись сквозь них, она увидела, как Разенет, с перевязанной ладонью и без рубашки, в одних штанах, сидел на человеке и бил его по лицу, весь бледный, с чёрными кругами под глазами - вдобавок к отравлению, он не спал уже неделю. Аганна побежала к Разенету и оттащила того от человека, заломив руки сзади и потащила его таким образом через расступающуюся перед ней толпу зевак.
Аганна опоздала на две недели - ей пришлось потратить несколько лишних дней на переправу через реку, обход отрядов Конфедератов, приходилось ночевать в деревнях из-за гулей - каждое требовало время, а учитывая, что города находятся на огромном друг от друга расстоянии - огромное время.
- Разенет, капитан, ты болен ядом данблёра? - Аганна уложила Разенета в соседнюю с разорённой комнате на кровать, сама присев на стул рядом и держа его, с перевязанной ладонью, руку в своих маленьких руках.
- Мизгаэль... как же я потерял тебя? - Разенет бредил. - Я отдал всё ради твоего воплощения, ты был сутью моей жертвы. МИЗГАЭЛЬ!
- Разенет, послушай меня, я достала антидот! - Аганна протянула руку к его щеке, всё ещё держа другой его руку. - Я сейчас дам его тебе, только не шевелись, его очень мало, несколько капель. - Аганна обхватила руками его голову и посмотрела ему в глаза, но не нашла там разумности - только бред, который он видел от недосыпания.
Аганна достала из дорожной сумки промасленный свёрток из какого-то листа. Она умело его развернула и надломила что-то с хрустом в этом свёртке, а затем положила противоядие Разенету в рот.
- Жуй, капитан, жуй, ты не можешь умереть, особенно сейчас, когда я... - Не успела закончить она.
- Когда я что? Наконец определилась со стороной? Перебежчица! Предательница! Вон отсюда! - Разенет рассвирепел, но не смог встать и упал на пол, но противоядие он успел проглотить.
- Разенет, ложись обратно, - Аганна подняла Разенета и уложила на кровать. - Я буду рядом, следить за тобой.
***
Ишума был вне себя от ярости. Этот умник Холка, просчитав невероятную цепь событий, включая способности обоих чемпионов, Дары избранных и простую человеческую глупость, каким-то боком сумел убить терма в Альдар-натал-неше, вместо которого на охоту отправили Виграфа, младшего брата командира Иггферса, Удачливого Клинка, убившего ядом данблёра эльфа-подручного его чемпиона. Более того, Холка позвал Ишуму на тайную встречу, во время которой пудрил ему мозги, а затем показал полуживого Разенета и улыбнулся той своей улыбкой, от которой всех богов бросало в дрожь.
Ишума не рассчитывал на удачу. От яда данблёра, даже с противоядием, вылечиваются всего трое из семи, катастрофически мало. Ишума должен был
Вал огромной машины пришёл в движение, шестерни на заднем плане, у огромного резервуара с бурлящей водой, начали крутиться с утроенной силой, по прозрачным трубам потекла цветная вода, а гидравлические цилиндры стали вращаться и подниматься по накатанной винтовой шахте. Каждая часть невероятной машины пришла в движение, высчитывая и изменяя судьбу.
Ишума выбрал ту, в которой его чемпион не погибнет. Это самая частая причина включения машины, но она может и намного больше. Она разумна, она создаёт богов из людских фантазий, забирая у каждого использовавшего машину бога часть его силы, что превратило семерых старых богов в смертных, от которых пошли варварские племена людей, воевавшие с почитателями Рагнарида и победившие их, закалив свои сердца в пламенных реках прокажённого дитя, стекающих с гор-обиталищ варварского народа.
Ишума потерял некоторую толику той власти, присущей богам, на запуск машины, но это того стоило - реальность подвинулась в сторону, подходящую ему. Теперь он может свершить свою месть, и не вылететь из Великой Игры первым, как в прошлый раз...
***
