Полковник Сайга работал на две «конторы», он продолжал помогать в поимке уголовников, напавших на Зеленина, а также участвовавших и в убийстве Гарина, видимо, с прицелом на Князя. Теперь надо было собрать все необходимые официально заверенные документы и факты по связи бандитов с угоном машин, с убийством и исчезновением их хозяев, афер с недвижимостью. Кому-то очень надо было продолжать на этом наживаться. И Сайга для них тот человек, который докладывает так, чтобы никакой активизации по уничтожению этого убийственного «концерна» не было. Все прикрыть, спустить. И до тех пор, пока Эдуард не был вынужден подключить Бутова к их работе совместно с армейцами, со стороны Сайги никакой помощи, и не было. Еще 21 февраля ночью генерал Цветков мог быть убит в своей квартире, а Маркова мог бы пристрелить тот же Муса. А сегодня, когда только чудом они смогли уничтожить столько незваных пришельцев по душу генерала, кое-что стало меняться, а при другом раскладе вряд ли было бы столько трупов. «Наконец-то появилась власть, и то в масках, значит, активной помощи ждать не придется», — рассуждал так сам с собой Марков и не заметил, как выехал на Алтуфьевское шоссе и только тут обнаружил, что бензина у «мерса» осталось совсем ничего. Он свернул на первую заправку, а когда пошел к кассе, доставая свой кошелек, глядя на деньги, которых было не так уж много, обнаружил на купюрах капли крови. «Кровь, везде кровь», — подумал Марков и сказал кассирше:
— Вторая колонка, 95-й, 20 литров.
Держа заправочный пистолет в горловине бака, Марков вспомнил, что после таких боевых ночных действий он совсем забыл об осторожности. Надо срочно провериться. Время позднее. На заправке никого, кроме его «мерса». Но вот он увидел, как перед поворотом на заправку по ходу движения к центру притормозил серебристый «Фольксваген» с 741 номером. Из машины вышел крупных габаритов в черном кожаном пальто мужчина и, подняв капот, стал что-то рассматривать в силовом отделении.
Марков кроме этой машины ничего подозрительного больше не заметил. Закончив заправку и сев за руль, он медленно начал выезжать на Алтуфьевское шоссе, поглядывая за действиями водителя «Фольксвагена». Капот упал быстро на свое место, машина тоже медленно пошла, но тоже, не рискнув светиться, стала заезжать на заправку в тот момент, когда «мерс» Маркова выруливал на шоссе. И уже где-то минуты через две Эдуард увидел в зеркале заднего вида серебристый «Фольксваген» но не точно, так как держался он довольно далековато, и номера не разобрать было.
Догадка пришла внезапно, его «мерс» светанулся на каком-то из постов ДПС ГИБДД, и теперь за ним вышел «хвост» и им пока не нужен один Марков, им надо знать, куда еще он может вывести Князя для сведения счетов.
А Князь был в это время в полном «нокауте». Такого исхода он не предвидел, и теперь в ход пошли все средства, и он начал обдумывать, как подключать нелюбимых ему двух бригадиров, особенно по недвижимости. Toy него вечно все люди в делах и разъездах, а то он болен. Бригадир по кличке «Москва» совсем не дружит с дисциплиной. «Москва» как был бандитом, так им и остался, он даже к Князю ни разу не приехал в его загородный дом. Встречи были больше в кабинете у начальника службы безопасности в офисе «Калибр» и два раза у Вагана. За него вечно ручался полковник Знахаркин, а не было нареканий, то и не было проблем. Но все равно «Москву» Князь не любил. Когда Князь узнал о провале киллера, и даже всего основного состава «Калибра», то сидел у себя в кабинете минут пять абсолютно без движения, а потом только стал вызывать к себе «Челентано». Он увеличил ему оклад, и назначал на это экстренное время начальника охраны доверенным лицом в его криминальных делах. Риск был, конечно, велик, но Князь был в шоке и в неведении.
На всех постах ждали «Мерседес-200» и вот его уже ведут двое из бригады «Москвы»… «Челентано», кроме того, по имеющимся данным готовил план в случае оставшегося в живых генерала очень коварную и жестокую операцию.
Маркову до дома Артема оставалось минут пять всего езды, а «Фольксваген» хоть и вдалеке, но висел на «хвосте». Эдик выругался насколько можно, от души трехэтажным матом на своих сопроводителей и вдруг принял решение, которое по своей сущности Маркову не импонировало. Убить — это последнее дело, да и не просто, у него еще есть три патрона, а это мало на двоих да еще и на колесах. Звонить Артему нельзя. А вдруг прослушивают?
Эдуард резко прижимается к обочине дороги у огромного газона перед кинотеатром и, открыв быстро багажник, достает буксирный трос-веревку. «Фольксваген» приближается, не снижая скорости. И, проезжая мимо Маркова, видит, как тот умоляюще, показывая на желтую плетеную веревку, просит отбуксировать его «Мерсе-дес-200». «Фольксваген» притормаживает, открывается правое стекло дверцы и высунувшаяся, ну явно не интеллигентного вида опухшая «рожа» спрашивает:
— Куда тебя подтащить?
— Да тут недалеко, за кругом слева стройка, рядом.
