Нечто подобное я решила проделать и здесь. Я шла и рассматривала скалы. В нагромождениях застывшей лавы были видны лагуны и пустоты, образованные попавшим в складки воздухом. Теперь скалы разрушаются, и края камней – острее ножа, ходить по ним можно только в обуви.
Пока я пробиралась среди всего этого в сандалиях, все шло более или менее нормально. Но в воду надо заходить босиком. И вот это оказалось выше моих сил. Идти босыми ногами по острым камням совершенно невозможно, тогда я поползла к воде на четвереньках. В этот момент я увидела на дне множество мелких и очень округлых камушков. Потрогала их, они оказались мохнатыми и мягкими растениями, по форме напоминающими грибы. Другие растения, также мягкие и подвижные, походили на створки белоснежных ракушек, в беспорядке рассыпанных по дну. Проползая таким образом по скалам, я порезала коленку. Затем произошло неприятное. На одном поросшем зелеными водорослями камне поскользнулась, а чтобы сохранить равновесие, схватилась рукой за другой камень и порезала в нескольких местах руку. Рана защипала от соленой воды: не сыпь мне соль на рану… Я решила, что вот этого уже достаточно, и, пока не повредила себя еще больше, надо выбираться из этих опасных мест. Рука мужа, которую он подал мне, чтобы я смогла подняться, оказалась в крови.
В этот вечер мы решили больше не нагружать таким ужасным образом свои желудки и только попили кофе в своем номере – чайник, кофеварка и микроволновая печь стояли в нашей кухоньке. Затем погуляли по отелю и вокруг, купили в магазине сухого вина. И вот я сижу в вестибюле гостиницы. Играет музыка. Многочисленные ребятишки и их родители очаровательно танцуют и кривляются под музыку, а я пишу эти заметки.
На другой день проснулись в половине восьмого, и сразу раздался телефонный звонок – звонил наш сын. Мы обменялись новостями. После такой сложной работы мы еще немного понежились в постели, затем решили, что до завтрака я еще смогу немного поплавать. Быстренько, до буйков и обратно. Я по-деловому доплыла до буйка и, как полагается в спорте, дотронулась до него – и сразу обратно.
За завтраком закусили изрядно. Обращает на себя внимание то, что весь персонал ресторана работает быстро и споро. Грязная посуда убирается тотчас после ухода посетителя, после чего стол и все стулья тщательно протираются. Только уборщица привела в порядок соседний столик, к нему, с пачкой салфеток в руках, подошла японка. Она начала аккуратно протирать стол, и не только столешницу, но и боковую его часть, а также и все четыре кресла, и спинки, и сидения – вот она, японская тяга к чистоте. Проделав все это, села и стала ждать. Еду, вероятно, принесут другие члены семьи. Эта дама отвечает только за чистоту.
После завтрака отправились на пляж, но другой, более длинной дорогой. И тут мы вышли к скалам, с которых я пыталась поплавать вчера. Где-то вдалеке, в море, на самом конце скалы двое мужчин принимали солнечные ванны. В сандалиях по этим скалам передвигаться, вроде бы, возможно. Я решила сделать несколько снимков. В конце концов, снимков я сделала более чем несколько. Снимала скалы, лагуны, озерца, вода в которых высохла и все дно которых покрылось солью.
Дошла до загорающих мужчин. Один из них предложил сфотографировать меня на фоне скал. Рассказала ему, как вчера пыталась плавать среди камней и повредила руку. Показала порез, он также показал мне свои раны. Пришли к выводу, что эти скалы острые, как нож, и очень опасные. Распрощались, и я направилась к мужу, который ждал меня на берегу. Мужчины о чем-то переговаривались. Почему-то мне показалось, что они говорят по-шведски. Я вернулась и спросила, откуда они. Оказывается, из Испании. Мой собеседник некоторое время жил в Швеции, в Мальме. Знает шведский. Еще раз сфотографировал меня. Потом замахал руками, приглашая моего спутника, и предложил сфотографировать нас вдвоем. «Он не придет, он боится», – сказала я, распрощалась и отправилась дальше.
Каждый раз, когда я подходила к этой паре, второй мужчина как-то странно поворачивался ко мне спиной и уходил в сторону, как будто ревновал своего друга ко мне – я никогда не видела его лица. Они загорают, смазывают друг друга кремом, плавают в стороне от всех. Я решила, что они сексуальные партнеры.
После всех этих «приключений» пошли уже на «наше» обычное место. Муж устроился в тени, на своей любимой коряге. Кстати, позади него я обнаружила густые заросли какой-то бахчевой культуры с плодами не более огурца. На сей раз я поплавала не торопясь, в свое удовольствие.
