Судебное административное право полностью

В современных условиях «юрисдикция» стала понятием более широким, чем правосудие. Это обусловило появление тенденции к выходу за пределы понимания юрисдикции как судопроизводства, «правоговорения» и правоохраны и обозначению в качестве юрисдикционной любой деятельности государственных и негосударственных органов по применению норм права. Предельно расширяется, например, понятие «гражданская юрисдикция», в ее содержание включается: а) оперативно-исполнительная деятельность; б) правоустановительная и в) деятельность по разрешению конфликтов и принудительному осуществлению судебных и иных актов[52]. Такой подход следует признать чрезмерно широким.

В ходе исторической эволюции значение термина «юрисдикция» претерпело известные изменения и его содержание интегрировало новые элементы. Это произошло прежде всего в силу того, что на основе закона значительно расширился круг государственных органов, выполняющих в той или иной мере юрисдикционную функцию, а не потому, что оперативно-исполнительная деятельность стала юрисдикционной. Юрисдикция в качестве самостоятельной и ведущей функции осуществляется ныне различными судебными и квазисудебными органами. Юрисдикционную функцию в качестве неосновной (дополнительной) могут реализовать в установленных законом случаях в том или ином объеме органы (должностные лица), осуществляющие оперативное управление, а также различные контрольные и надзорные органы.

Юрисдикционная деятельность органов исполнительной власти – это не часть их оперативно-исполнительной деятельности, а самостоятельная функция этих органов, ограниченно делегированная им законодателем для «разгрузки» судебной власти и оперативного разрешения определенных незначительных правовых конфликтов.

Юрисдикция имеет в качестве одной из своих целей применение общей, абстрактной нормы права к конкретному случаю, которое реализуется в юрисдикционном процессе. Однако эта черта не является отличительной характеристикой только юрисдикционной деятельности, поскольку правоприменение происходит и в процессе оперативно-исполнительной административной деятельности. Отличие юрисдикционного правоприменения от административного состоит в правовой природе юрисдикции. Сущность юрисдикции заключается в применении общей нормы не просто к конкретному случаю, а к определенной конфликтной ситуации, которое направлено на восстановление нарушенного или оспоренного права или законного интереса лица, обратившегося за защитой.

Юрисдикция есть правоохранительное применение компетентным органом установленных правовых правил в конфликтной ситуации, процесс и технология управления именно конфликтной ситуацией, вызывающей необходимость защиты нарушенного права.

Таким образом, общее понятие «юрисдикция» не может, с одной стороны, сводиться к «судоговорению», судопроизводству. В современном обществе «правоговорение» в процессе разрешения конфликтов путем применения компетентными органами установленных правовых норм – это функция не только судебных, но и квазисудебных учреждений, а также административных органов, которые закон может наделять определенными юрисдикционными полномочиями. С другой стороны, осуществление административными и квазисудебными органами юрисдикционной функции не означает, что в общее понятие юрисдикции должно включаться оперативно-исполнительное правоприменение, ибо оно не является «правоговорением», разрешающим конфликт, и не порождает родственные ему правоотношения. Следовательно, лишь в этих обозначенных рамках возможно выявление существенных признаков юрисдикции, которые выражают ее современную модель.

Выявление признаков юрисдикции связано с решением конкретной задачи: определить такие существенно значимые компоненты юрисдикции, когда отсутствие хотя бы одного из них не позволяет считать правоприменительную деятельность юрисдикционной.