Оказывается, это так просто — погрузиться в пучину безумия. Достаточно лишь позволить себе поверить в то, во что хочется верить. Согласиться с тем, что собственные глаза безбожно врут, а прочие органы чувств говорят правду. Чиара сознательно отказалась от зрения и сосредоточилась на иных ощущениях, дававших ей силы противостоять магическому истощению. Не было больше никакой комнаты. Не было полоски Поглотителя, каплю за каплей вытягивающего из нее ману. Был лишь дождь, ветер, мокрый песок под ногами — и она. Звуки падающих капель воды — теперь Чиара слышала их, всех вместе и одновременно каждую по отдельности. Полностью сконцентрировавшись на звуках, она с удивлением поняла, что слух в какой-то мере способен заменить ей зрение. Волны дождя, подгоняемые ветром, иногда встречали на своем пути препятствия, и тогда тональность издаваемых ими звуков едва заметно менялась. Благодаря этому своему открытию Чиара «видела» круглую площадку утоптанного песка в кольце каменных стен, «видела» нечто металлическое, лежащее на песке в десятке шагов от нее, а самое главное — «видела» неподвижную фигуру своей мишени.
Внезапно что-то изменилось в равномерном шуме, создаваемом дождем — и Чиара инстинктивно шагнула вправо, уклоняясь от очередной Стрелы Льда. Вот так просто позволить расстрелять себя, не успев отомстить? Нет уж. Она доберется до магички, чего бы ей это не стоило. Ведь любые запасы маны рано или поздно кончаются — уж кому, как не Чиаре, это знать. Ее мишень каким-то образом оказалась заперта наедине с ней в кольце каменных стен, и это было прекрасно. Это — лучшее, что случилось с Чиарой за последние Боги-знают-сколько дней. Живой она отсюда не выйдет. Приняв это решение, Чиара вновь обратилась в слух.
* * *Улар тяжело дышал. Несмотря на прохладу, мельчайшие бисеринки пота покрывали его тело, объединялись в капли, прокладывали себе путь вниз по позвоночнику. Его сердце, запертое в грудной клетке, трепыхалось пойманной птицей, яростно колотилось о ребра, словно желая вырваться на свободу.
«Это всего лишь побочный эффект от воздействия моего заклинания. Не стоит обращать на него внимания», — строго сказал себе маг. Путы кошмара, которые он так и не сумел перекинуть на Дикую карту, понемногу воздействовали на него самого, на его сознание. Все же его возможности как мага Разума были сильно ограничены, так что Улар не умел как следует экранировать свой мозг от воздействия эмоций. И теперь ему было попросту страшно.
Что она собирается сделать с ним, эта Дикая карта? Похоже, по запаху определяет, где он находится, так что от нее не спрятаться, несмотря на ее слепоту. Оружие свое проигнорировала… Хочет прикончить его голыми руками? Разорвать на части? А вдруг она все же оборотень? От этой мысли Улара бросило в жар. Страх давил на него, мешал сосредоточиться, заставлял совершать импульсивные, непродуманные поступки.
