– А соль? – добавил Кайл. – Оказывается, она тоже помогает. Знаешь, вообще-то она могла мне помочь.
Даже оскорбления Кайла больше не работали. Он не мог представить, что Джед когда-то служил в армии или в полиции. Тот не обладал аурой достоинства и некоторого лоска, которую на всю жизнь дает форма. Помощник Макса больше походил на сумасшедшего, который научился драться по боевикам и картинкам в интернете, живет в подвале у родителей и мастерит бомбы для взрыва правительственных зданий, так как уверен, что ООН снюхалась с зелеными человечками. Когда Кайл спросил у Макса, кто такой Джед, пока тот мочился в грязной ванной, старик сообщил только, что «у него отличные рекомендации», «он результативен» и «его услуги очень дорого стоят». Похоже, и для него прошлое Джеда было загадкой. Кайл снова подумал о первом выборе продюсера, Малькольме Гонале: Макс явно не имел ничего против нищих людей с дурной репутацией – таких легче ввести в заблуждение. Как Кайла, например.
– Откуда мне знать… – Кайл сглотнул, чтобы голос не дрогнул, – … что Джед меня не убьет?
Макс нахмурился. В явном изумлении затряс забинтованной головой, и Кайл сразу пожалел о том, что вслух сказал о своих страхах. Старик не сводил глаз с нижнего края ворот, как будто ожидая, что они откроются.
– Я снимаю фильмы, Макс. Ты издаешь всякие духовные книжки. Мы не коммандос. Ты не знаешь, кто этот парень. Его ведь даже зовут не Джедом. А ты тащишь с собой пистолет. Пистолет! Ты хорошо все продумал? Ты собираешься застрелить умирающего.
Макс повернул к Кайлу свое покрытое синяками, перебинтованное лицо. Улыбка у него была неприятная.
– Ты так ничего и не понял? Это не человек, Кайл. И он никогда не был человеком. У него не больше прав оставаться в этом мире, чем у того, кого мы поймали прошлой ночью. Но, если тебя так напрягает казнь этих выродков, подумай о мальчике, чью жизнь мы спасем. Не говоря уже о нас самих.
– А что, если слишком поздно? Если Катерина уже переселилась? Убьешь ребенка?
Макс не ответил. Впрочем, ответ был очевиден.
– Макс!
Тот вздохнул.
– Тебе нужно всего лишь направить свою чертову камеру туда, куда я скажу. Если бы ты не спал и не запирался в ванной, то кое-что понял бы прошлой ночью. Нашу стратегию.
– Стратегию? Что-то это больше похоже на вооруженный грабеж. Его, блин, покажут в реалити-шоу «Самые тупые преступления Америки». Должен быть другой способ!
– Его нет. Мы неделями планировали эту операцию. Мы продумали все. А теперь, пожалуйста, помолчи. Мне нужно подумать.
Недели планирования Кайла ничуть не успокоили. Он снова посмотрел на часы: они торчали у ворот уже двадцать минут. Двадцать минут назад вылезли из грузовика, припаркованного за пределами обзора камер. Джед «выдвинулся на позицию» один.
– Нас всего трое, Макс. Ну как так? Ты не мог нанять какого-нибудь гопника для грязной работы?
– Придержи язык, Кайл. Я больше никогда не подвергну опасности невинного, как раньше.
– Да ты прям святой.
Главное, Дэн был жив, и полиция пока не приехала. Кайл попытался высмотреть в деле еще какие-то положительные стороны, но не нашел. Он нервничал, потел и не был уверен, что сможет вынести зрелище еще одного Кровавого друга. Перед глазами мелькали изображения Царства дураков, а еще существа в Холланд-парке, жутких стен амбара в Сен-Майенне, тощее создание, рыскающее вокруг его кровати в Сиэтле, еще одно, бегающее на четвереньках по квартире… Он чувствовал, что у него кончаются силы. Надо было поесть нормально, а не перебиваться сухими тостами в «Дэннис».
– Сколько времени это займет? Что там Джед говорил?
Макс промолчал.
Где-то в семь утра они выехали из мотеля (ванна в номере все еще была опалена и покрыта коркой из почерневших костей), и Макс сказал, что Джед откроет ворота из сторожки, стоящей у дома. Нужные коды безопасности они купили «за хорошие деньги» у обиженного охранника, которому Чет перестал платить. Джед проник в поместье несколько месяцев назад и наконец подкупил человека, обладавшего всей нужной информацией. Охранная фирма уже сняла камеры и датчики движения, а также забрала с собой собак. Сам особняк должны были продать с торгов в ближайшие шесть недель. «Разведка» Джеда показала, что в особняке не осталось никого, кроме больного Чета, которого никто из охранников никогда не видел, и двух старух, одетых как монашки в красных рясах. Иногда они выбирались из дома, чтобы посидеть и поговорить по телефону, но ненадолго.
Однако источник Джеда, как и его коллеги, никогда не видел ребенка. Бывшая жена-супермодель время от времени приезжала в особняк, наверное так реализуя свое право на посещение, и охранники полагали, что она навещает своего сына.
