Губы и подбородок Дэна лоснились от жирных куриных крылышек, которые он ел из недавно принесенной большой корзины. От глотка разливного «Сэмюэля Адамса» у него заслезились глаза.
– Блин, ну он и холодный. Прям рука к стакану примерзла. – Дэн посмотрел на потолок и улыбнулся. – Джордж Торогуд и «Дестройерс». С колледжа их не слышал. А до этого играли «Джорджиа Сэтеллайтс». Да уж, дома такого не бывает. Так, а это у нас что… а! «Дом, милый дом», это же «Мотли Крю»!
Кайл натянуто улыбнулся. Дэн никогда раньше не бывал в западной части Штатов – только в Нью-Йорке. Друга радовало вокруг все: дорожные знаки, еда, мотель, автомобили, реклама, моллы, фонари, здания, горы. А еще он раньше не видел пустыни. И теперь вел себя как переволновавшийся ребенок.
– Думаю, сегодня ты будешь спать нормально.
– Надеюсь. Сейчас только еще поем. Салат будешь?
Миска «цезаря» с техасскими тостами заняла полстола. Туда, наверное, положили килограмм бекона и два пучка салата с человеческую голову каждый. Кайл толкнул салат к Дэну.
– Если будешь так жрать, купим тебе чехол от танка, чтобы ехать домой.
– Отвали, – Дэн набил рот гренками.
– Вообще, листья тоже едят. Не только вкусные хрустящие углеводы.
Дэн показал ему средний палец:
– Ты какой-то замученный? Это из-за дороги?
– И да и нет, – пожал плечами Кайл.
– Какая-то странная фигня тут произошла.
– Да неужели?
– Ну они все сидели рядом, с перерезанными глотками. В той комнате. У меня мурашки по коже побежали. А других разорвали у забора. Их подстрелили и отдали собакам. – Дэн вытер рот салфеткой размером с полотенце. – А дети? Грязные дети в жутком сарае. Почему они… – Тут Дэн сразу сник, и Кайл догадался, что друг вспоминает ферму в Нормандии. – По крайней мере на этот раз ноги у всех целы.
Они посмотрели друг на друга. А потом вдруг заржали. Хохотали так, что Кайл чуть не заплакал. Подошла официантка и тоже рассмеялась, хотя явно понятия не имела, над чем.
Но у нее были красивые глаза и звонкий смех, и Кайл был рад, что она подошла. Она приняла заказ на еще два пива, автомат заиграл «Цыганскую дорогу» группы «Синдерелла».
Кайл промокнул глаза чистой салфеткой:
– Ох, хоть отпустило слегка.
– Меня тоже, – кивнул Дэн, – но вообще это не смешно, с Гавриилом-то. Просто чтоб ты знал. Понятия не имею, чего я ржал.
Они снова улыбнулись.
– Ты ненормальный. Но я уже говорил, что это будет бомба. Мы снимаем хороший фильм. Даже великий. Я понимаю, что это сложно. Тяжело. Но ты понимаешь, как круто будет? Скажи, что понимаешь, – Кайл не знал, кого пытается переубедить.
– Блин, конечно.
– Вот, а я тебе говорил.
Кратковременное воодушевление Кайла угасло. Дэн сел обратно на стул.
– Но это была только первая съемка. Я слегка очкую, когда думаю о том, что нас может ждать в финале.
Кайл упорно изучал бутылочки с соусом.
– Все будет отлично. Еще одно интервью… и все. Ты дочитал книгу Левина?
– Нет еще. Мне показалось, что чем меньше я об этом знаю, тем безопаснее.
– Прочитай обязательно. Сегодня я узнал то, чего в ней нет. Собаки. Конвей сказал, что лай доносился откуда-то сверху, из воздуха. Левин утверждает, что они убежали в страхе. Так заявила полиция. Но на аудиотреке из Лондона есть собачий визг. И жильцы дома на Кларендон-роуд его слышали. В Нормандии собаки держали в страхе всю ферму. А следы у шахты? Левин очень много о них пишет, потому что считает, что кому-то удалось сбежать. Полиция так и не рассказала, что это были за следы. Левин утверждал, что там кто-то ходил босой. Сумасшедшие босоногие хиппи. Но Конвей говорит, что отпечатки были словно от скелета. Кость сплошная. Моя кухня. Ванная в Кане. Храм в Нормандии. Костяные рельефы. Связь улавливаешь? У нас появился новый сюжет. Это бесценно.
– Ну можно и так на это посмотреть. А теперь замолчи, пожалуйста. Я сплю отдельно, и ламп от Макса там нет.
– У меня есть одна. Только переходника нет.
– Ты думаешь, они как-то защищают?
– Хрен знает, – Кайл пожал плечами, – у Макса вся квартира в них. А в ванной воняет краской, как будто ее только что ремонтировали. Подумай сам. От имитации дневного света та штука в моей кухне исчезла. А он настаивал на том, чтобы мы их использовали.
– А как же я?
– С тобой все в порядке. Тебе кошмары не снятся. И вообще, давай думать, что эти пятна, ну, ненастоящие. Я понимаю, что звучит это тупо. Но пятно на стене и глупый сон ведь не могут тебе навредить?
– Возьми переходник от камеры.
– Ах ты моя радость. Еще три съемки – и ты свободен. Можешь больше не думать об этом. Так что давай не налегай на выпивку. Завтра я хочу начать пораньше, а сегодня еще обработать кое-что.
– За три дня много чего может случиться.
Кайл не отреагировал.
– Когда завтра выходим?
– Около восьми. Ставь будильник на семь. Снова поедем в Фортуна Футхиллс, к сыну фермера. Он специально для нас спустится. Макс велел расспросить о том, что знал его отец о секте. Послезавтра поедем в Феникс к детективу. И ночь в дороге до Сиэтла, к Марте Лейк.
– А дом сестры Катерины? Ты говорил, там живет Чет Ригал. Вышло бы круто, он еще таинственнее, чем Майкл Джексон.
