Киз не придал значения внешним проявлениям напряжения у Трента. Он и сам начал чувствовать психосоматические симптомы: покалывание в пояснице, боль под коленом. По опыту он знал, что они не могли повлиять на результат игры. Как только начинались реальные, серьезные действия, все эти признаки немедленно улетучивались.
Комната, в которой расположились Киз и Трент, на самом деле была дополнением к основному кабинету для секретных совещаний. Лишь несколько человек, включая Киза, знали о существовании этой пристройки и посещали ее.
Массивный круглый стол, за которым сейчас сидел Трент, сконструировал отец Киза за три года до начала первой мировой войны. Кнопка, вмонтированная в подлокотник кресла, приводила в движение центральную часть столешницы, которая поворачивалась на определенный угол и останавливалась. Внутри в установленном порядке располагались пятьдесят тысяч совершенно секретных досье на граждан Соединенного Королевства, занимающих наиболее ответственные должности.
Большинство старших офицеров безопасности понятия не имели о том, что их доклады и донесения в конечном итоге попадают в этот архив. Это хранилище постоянно пополнялось пятью штатными секретарями, регистрировавшими поступающие документы с помощью компьютера.
Для получения требующегося досье было достаточно нажать нужную клавишу, выбираемую с помощью специального алфавитного указателя, и в течение нескольких секунд необходимый документ появлялся из внутренней части стола. Киз пояснил Тренту, что знаменитая МИ-5, о которой так любят упоминать в прессе и шпионских романах, это не столько офицеры разведслужбы, сколько новейшая информационная система. В настоящее время, в особенности после реорганизации службы безопасности адмиралтейства в связи со скандальным случаем шпионажа, она была переименована в ДИ-5.
Премьер-министр отложил дело, которое просматривал.
— Изучаю то, что служба безопасности знает обо мне, — пояснил он Кизу, пару раз нажал на клавиши, стол повернулся с негромким скрипом, и перед Трентом появились еще два досье.
— Это Зондер и Фишер, — сказал премьер, — два других профессора, похищенные русскими для осмотра «Судного дня». Теперь мне понятно, почему выбрали этих двоих. В течение трех лет они работали над проблемой теоретической возможности создания именно такой супербомбы, идею которой русские реализовали в «Судном дне». Киз, вы сами-то понимаете, как должна сработать бомба? Для меня это все равно, что греческий язык.
— Я понимаю, господин премьер-министр, — ответил Киз. — Очевидно, «Судный день» представляет собой атомную бомбу, помещенную внутрь водородной, которая, в свою очередь, находится в кобальтовом корпусе. При взрыве происходит выброс радиоактивного изотопа кобальта, кобальта 60. Но, похоже, русским удалось ограничить действие радиации и значительно увеличить выделение тепла. Оно способно испепелить окружающую территорию в радиусе, зависящем от мощности заряда. Десять процентов тепла выделяется в течение первой сотой доли секунды. Половина тепла выходит за следующие несколько секунд. Все остальное тепло — в течение более длительного периода. Облачность может несколько снизить эффект такого взрыва, и наибольшая эффективность достигается при взрыве бомбы на высоте около пятидесяти миль.
Премьер-министр открыл одно из досье и просмотрел его.
— Хорошо, что вы напомнили о высоте взрыва в пятьдесят миль. Именно этот момент для меня особенно неясен. Ведь, насколько я понимаю, «Судный день» находится где-то на поверхности земли в Британии, или, по крайней мере, под землей, но никак не на высоте в пятьдесят миль.
Киз мрачно усмехнулся.
— Все очень просто, господин премьер-министр. Если «Судный день» взорвать на высоте в пятьдесят миль, то он уничтожит не только Британские острова, но и часть Франции. Кроме того, радиация от этого взрыва способна погубить все живое на Земле. Вполне возможно, что «Судный день» расположен таким образом, что тепловая энергия взрыва будет способна выбросить океан огня и спалить всю территорию страны. Поэтому мне кажутся правильными предположения профессора Зондера и профессора Фишера о том, что «Судный день» размещен где-то на севере Шотландии либо на юге Англии. Из этих точек взрыв способен уничтожить всю нашу территорию.
— Понимаю, — премьер-министр потер подбородок, — но в этом случае на пути излучения встретятся горы.
Киз сделал руками волнообразный жест.
— Это лишь увеличивает силу взрывной волны, — пояснил он, — и расстояние, на которое может распространиться огненный шар. Таким образом, волна теплового излучения немного отступает и расходится в радиусе до трехсот миль.
Премьер-министр невольно поежился.
— Скажите мне, — заговорил он после минутной паузы, — если, допустим, «Судный день» где-то в Суссексе или в Сатерленде, не легче ли нам от этого? В этом случае тоже вся страна будет разрушена?
Похоже, К. А. утомился от этих вопросов.
