Суфии полностью

Все сотворенные вещи являются результатом взаимодействия двух принципов, которые называются сущностью и душой:

«По причине активного действия и пассивного действия, силы и слабости, возникли атрибуты женского и мужского начал; в душе изобильной универсальной сущности обычай любовного соития был утвержден связью с темпераментом; разновидности миров, посредством брака, реализовались в существующем и с легкой руки повитухи судьбы проявились в видимом мире».

Существуют последовательные стадии разрежения [утончения] истиной реальности, каждая из которых представляется абсолютной на соответствующем ей уровне восприятия. «Дыхание – это результат духа, духа порядка».

Ангелы – как подчеркивали другие дервишеские учителя – это высшие способности ума. Говорят, что природа некоторых из них исходит от красоты (джамал), а природа других – от величия (джалал).

Доктрина о «собирании и рассеивании» (джам и тафрика), излагаемая в этой части, касается взаимодействия между жизнью в этом мире и жизнью в других измерениях. Познавший (совершенный суфий) живет в миру, но он – человек не от мира сего. Он находится в состоянии истинной гармонии с континуумом, незначительной частью которого является видимый мир. Он находится в правильных отношениях с телом и не-телом, в их обычном понимании. Он понимает модальности, которые породили веру в сотворение мира и в Абсолют, лежащий в основе творения.

«Сияние и сокрытие» – это два взаимосвязанных термина, описывающих проявление Бога и отсутствие восприятия Бога в человечестве. Сияние означает свет солнца божественной реальности, прорывающийся сквозь тучи человечности. Тучи символизируют фактор, скрывающий эту объективность.

Знаменитая поэма о Меджнуне («сумасшедшем») и Лейле представляет в аллегорической форме силу сияния и неспособность путешественника (сумасшедшего) вынести яркость этого сияния без прохождения надлежащей подготовки.

Племя безумца заступилось за Меджнуна и стало просить людей из племени Лейлы, чтобы Меджнуну было позволено озариться «лицезрением красоты Лейлы».

Племя Лейлы ответило, что не видит в этом ничего дурного: «Но у Меджнуна нет такой силы, чтобы вынести лицезрение красоты Лейлы».

Они привели безумца и подняли перед ним угол шатра Лейлы. «Взгляд его упал на складку одежды Лейлы, и он лишился чувств».

Не перенесет озарения тот, кто не готов к нему. В лучшем случае он впадет в экстатическое состояние, в котором будет, что называется, парализован и не сможет довести этот контакт до конца. Вот почему, хотя дервишеские поэты и говорят о «безумии от любви», они подчеркивают, что это безумие появляется на предварительной стадии и не имеет отношение к реальному переживанию. Считается, что реальное переживание должно быть активным, взаимным и осмысленным, а не выражаться в форме бесполезного опьянения (или возбуждения).

Опьяненные мистики – это те, кто остановился на этой стадии. Они пытаются снова и снова возвращаться к своему переживанию, повторить его, выразить на бумаге или в эмоциональном искусстве. Большинство экспериментов в мистицизме застревает на этой стадии.

Термины «восторг» (ваджд) и «существование» (вуджуд) обозначают два состояния, из которых первое является прелюдией ко второму (Джунайд). Находясь в состоянии восторга, человек погружен в переживание противоположное всему, что он когда-либо испытывал. Кроме того он настраивается на иной вид познания, чем тот, к которому он привык. Это состояние приходит к человеку, когда он все еще находится на стадии, где примитивным образом связан с чувственными качествами и крайне мало знает о перспективе сколько-нибудь более глубоких отношений с ними.

Существованием называется состояние «обретения», когда реальное существование как нечто противоположное обычному физическому постигается индивидуумом.

«Период» и «момент» – две концепции, связанные с моментом восприятия во время контакта, с мгновенным познанием, инструментом, формирующим последующие состояния бытия. С этими двумя концепциями связаны также и некоторые другие идеи и упражнения. Одно из таких упражнений заключается в прекращении всякого движения и временной остановке обычных ассоциативных процессов. Другое состоит в использовании Паузы Времени и Паузы Пространства, в результате чего начинает действовать конструктивное «время».

Совершенного суфия можно назвать мастером времени, то есть мастером начала и остановки, мастером преобразования познавательной способности. Индивидуум, способный действовать в этой сфере (согласно мудрому Шибли), вышел из-под влияния хал, мистического состояния восторженной, но неопределенной [беспредметной] радости.

Моментом называют также «дыхание». Этот термин используется для обозначения физических упражнений, связанных с дыханием, а также для иллюстрации того факта, что суфийское развитие, подобно пульсирующему дыханию, представляет собой последовательный процесс, а не статичное состояние или хаотическое движение.