— Что ты предлагаешь, — Медведь внутренне подобрался и наклонившись в мою сторону весь превратился во внимание, Амели же, по обыкновению накручивала на палец локон своих жемчужно-пепельных волос и улыбалась.
— Я предлагаю следующее, Амели летит к Отвергам со следующей легендой — она давно хотела написать о них статью и вот наконец подвернулся такой потрясающий случай, которым необходимо воспользоваться как можно быстрее. Приходит в бар, общается, выпивает, кокетничает, ведет себя абсолютно естественно. Ни единого вопроса про Дэма, ни намека на его пропажу, что бы не вызвать подозрений. Если вдруг кто-то заинтересуется мною, то ответ один — мы не общаемся, я устроила истерику из-за перекраса и оборвала все контакты. Медведь принимает облик летучей мыши и ждет Амелику рядом с баром, на случай, если вдруг придется уходить с боем. Я, находясь в голове Амелики, все слушаю и запоминаю. Мне кажется нам и часа хватит, если они действительно имеют отношение ко всей этой чертовщине последних дней то мы все разузнаем за это время — алкоголь развязывает языки, тем более, что они будут на своей территории и даже не подозревают, что к ним может затесаться шпион.
— Ты думаешь? — скпетически приподняла бровь Амели, — Наша дружба была известна всем, неужели они поверят, что ее можно так легко и просто разрушить?
— Ах, мон Ами, если я хоть немного разбираюсь в людях, а ведь все Иные, кроме нас, были когда то людьми, их всех связывает одна особенность, которую не изменить даже инициацией — судить о других по себе. Все Отверги имеют сомнительные моральные качества, есть просто маньяки, как ты выразилась. Неужели хоть в одной из этих пустых уже голов, может зародиться мысль, что ты, став Темной, по сути осталась то Светлой? Неужели бывшая целительница, которая по собственной воле, вместо излечения принялась умерщвлять, будет рассуждать как ты? Оборотень, грызущий глотки членам своей стаи, возможно своему создателю? Никогда им и в голову не придет, что ты будешь мне помогать. Им, которых отвергли, никогда не понять меня, которая не прекратила любить тебя. Медведя, который не смотря ни на что поверил и тебе, и мне. Тебя, которая мучается сомнениями из-за перехода. Не дано им это. Для этого нужно было сохранить в себе человека и то, что составляет человеческую сущность — совесть, честь и разум. Но этого в них уже давно нет. И мне кажется Учитель не прав еще вот в чем — их не сумрак отвергает, ведь они по прежнему могут распоряжаться силой, получая в довесок возможность атаковать вообще всех, их отвергает человеческая природа, превращая в бездушных марионеток.
— Ладно, убедила, — Амели немного повеселела, — а как ты собираешься быть со мной? Подчинение? Так не сработает на дистанции.
— Есть у меня одна вещица, для ритуала, того который Единение.
У них обоих округлились глаза, у одной от шока у другого от удивления и это понятно, это было не банальное заклинание, не амулет или артефакт, это была магия древняя, помнящая времена когда нынешние горы были на дне океанов, а на месте океанов была суша, магия запретная сейчас, магия крови, и то, что Медведь называл суккубьими штучками.
— Это что за ритуал такой, — кажется последние дни принесли Медведю знаний больше чем предыдущие века.
Я сходила в спальню и взяв из тумбочки мешочек с пылью, вернулась обратно, по пути погладив Медведь по щеке, успокаивая, — на, держи, и вот еще, — я сняв с шеи амулет протянула его Амелике- он тебе сегодня будет нужнее.
Я сразу почувствовала себя голой и беззащитной, настолько я свыклась с ним за сутки.
— Ты с ума сошла, — Медведь задохнулся от возмущения, — тебя за это Шеф в порошок сотрет.
— Понимаешь, милый, тут такое дело — он ведь дал этот амулет для моей защиты, так? Фактически, я буду в теле Амелики и мне нужно охранять это тело максимально тщательно, потому что если она не вернет меня обратно в эту квартиру, к моей тушке, а погибнет или просто впадет в кому, то я ускользну из нее, но не смогу уже вернуться обратно и так и буду висеть в междумирье, и конечно же буду приходить к тебе во сне в виде злобного призрака.
— Что это за ритуал такой? Я никогда о нем не слышал.
— Все просто — то, что называется моей душой, а на самом деле моя сущность перейдет на время в тело Ами, она станет моим сосудом. Я не смогу читать ее мысли или управлять ею, просто стану видеть все что видит она, слышать все что видит она, буду ею, а мое безжизненное тельце останется тут. Если с моей телесной оболочкой в мое отсутствие что-то произойдет, то это будет печально но не фатально, подыщете новое и пока будете искать я смогу просто оставаться в Амелике, но если ее тело потерпит крах то меня ничего не сдержит — душа выскользнет из безжизненного сосуда и я потеряюсь. Мне бы этого не хотелось. Поэтому нам с тобой нужно беречь Амочку как хрустальную вазочку. После того как мы объединимся ты должен отнести меня в кровать, как сделал это вчера, пусть наши охранники думают, что я сплю.