Сумасшедшая одержимость полностью

Затаив дыхание, я смотрела, как он кладет рядом со мной перекись, ватный шарик и пластырь.

Аллистер поднял мою ногу и принялся аккуратно очищать порез. Я сглотнула, потеряв дар речи. Не могла вспомнить, когда кто-либо делал для меня что-то подобное. Кроме мамы. Как может мужчина одновременно быть таким теплым и холодным одновременно?

Мое сердце пропустило удар.

Мне до боли нужен был человеческий контакт. Мне, внезапно, до боли был нужен он.

Я всегда была импульсивной, не думала наперед. Жила моментом, ради чувств и эмоций, и сейчас была готова на все что угодно, лишь бы ощутить руки этого мужчины на себе.

С дрожащим сердцем сняла с себя футболку и уронила к его ногам. Он замер, и вместе с ним замер воздух вокруг. Прежде чем позволить себе поднять глаза, он неторопливо и скрупулезно наклеил пластырь. Его глаза были бездонными. Завораживающими. Горячее огня. Под его взглядом я расстегнула лифчик и дала ему упасть на пол.

Мои груди были тяжелыми и напряженными, а чувство удовлетворения от одного только взгляда кружило голову. Мой голос был похож на шепот.

– Вы так и не ответили на мой вопрос, офицер.

«А вы целуетесь?» – тихие слова повисли в пространстве между нами.

Аллистер встал между моих ног, и его взгляд на моей груди был таким горячим, что я вспыхнула до самой шеи. Он обвел пальцем пуговицу шорт, и мои соски затвердели.

– Смотря кого я целую?

Мое сердце билось так быстро, что я едва могла дышать.

Он протолкнул пуговицу в петлю.

– Одну из твоих женщин, – выдохнула я.

Я оперлась на руки, чтобы поднять бедра и дать ему стащить с меня шорты и стринги. Аллистер отбросил их в сторону и опустил взгляд между моих раздвинутых ног. Глаза его потемнели, и он провел рукой по своим губам.

Не могу назвать себя скромной, но никогда не думала, что окажусь голой с раздвинутыми ногами на раковине в доме мужчины, которого ненавидела. Я задрожала, и он провел пальцем по мурашкам на моей руке.

– А ты как думаешь?

«Не целуется».

Почему-то я не знала, должна ли чувствовать себя довольной или разочарованной. А вот что знала наверняка, так это то, что хотела не отрываться от губ этого мужчины часами, пока не забуду, где заканчиваюсь я и где начинается он.

Аллистер провел большим пальцем по моей ухоженной интимной стрижке, и мышцы моего живота напряглись. Моя кровь пылала. Он никогда еще не смотрел на меня так: с мягким, поглощающим желанием в глазах, словно никогда раньше не видел женщины. Словно я была для него всем.

Это приводило меня в ужас.

Я ахнула, когда он потянул меня за волосы, заставляя запрокинуть голову, и прижался губами к моей шее с диким, резким, агрессивным звуком, словно его только что вынудили проиграть длительную войну.

– Будешь играть с огнем, милая, – прохрипел он, – обожжешься.

Аллистер оторвал меня от раковины, и я обхватила его талию ногами. Идя со мной вниз по коридору, он держал меня так бережно, словно я была драгоценной, или он просто не мог решить, какую боль причинить первой.

Он бросил меня на кровать. Мои груди подпрыгнули, и его тяжелый взгляд немедленно переместился на них. Проведя ладонью вверх по моему животу, он схватил одну и сжал. Потер пальцем сосок.

Я выдохнула, почувствовав, как удовольствие хлынуло по телу.

– Я должен был догадаться, что ты будешь такой идеальной, – пробормотал он.

Мое сердце затрепетало, но Аллистер прервал его, перевернув меня на живот. Его руки скользнули по моим ягодицам, сжали каждую из них.

– Погоди, – выдохнула я. – Так мы возвращаемся к расходной точке? До того, как ты наговорил все эти странные вещи? – я поежилась, когда он ущипнул меня за ягодицу.

– К исходной точке, – поправил он, прежде чем поцеловать и легко ущипнуть губами внутреннюю сторону моего бедра.

– Да, оно самое… – Я застонала, сжимая простыню в пальцах, когда его горячий и мокрый язык прошелся между моих ног. – О боже…

Аллистер издал низкий горловой стон, перевернул меня на спину, накрыв мое тело своим, и его стояк оказался ровно между моих ног. Положив руки на мои бока, он наклонился и ущипнул мою грудь губами, прежде чем глубоко втянуть в рот сосок. Внутри меня разлился жар и растекся лавой по венам. Я вцепилась в его бицепсы, но смогла охватить их лишь на четверть. Антонио был высоким и сильным, но не был так накачан. Я ощутила беспокойство. Я предпочитала мужчин среднего телосложения, потому что с ними мы были наравне, и я могла не бояться, что они сломают мне шею, просто сжав свою руку.

Может быть, я не понимала, во что лезу.

Но потом он переключился на другую грудь, ущипнув один сосок и всосав другой.

Ну что ж.

– Сними рубашку, – умоляюще сказала я.

Мне хотелось его почувствовать – мускулы под кожей, жар тела, тяжелое сердцебиение напротив моего.

Я замерла в предвкушении, когда Аллистер поднял голову, так как думала, что он меня поцелует, но он только прижался губами к моему уху.