Вика приезжает в дом мачехи, а у той новый мужчина! Они оказываются заперты в доме на карантин. Чем же это кончится?
Любовь — это война, где цель не взять в плен, а сделать так, чтобы противник сам с радостью сдался. И люди ищут, кого приятно пленить, и кому с удовольствием сдаться.
Все эти хитросплетения взрослой жизни разумеется оставались тайной для семилетнего Миши, который ждал маму, стоя возле автомобиля. Ему в очередной раз придется поехать с ней и познакомится с каким-то дядькой и решить, дружить его маме с ним или нет. Таков был уговор: если Мише дядька не нравится — мама ищет другого. Для Миши в происходящем ничего непонятного не было: папа умер, а маме одной тяжело вести дом и за огородом следить, ей нужен настоящий помощник. Миша ведь еще картошку не сможет выкопать.
— Да что же это! — в раздражении воскликнула мама, когда связка ключей упала на деревянное покрытие. Мама нагнулась поднять ключи. — Что за напасть? Никак не можем уехать! Бегом, бегом! — Она открыла перед Мишей дверь универсала.
Не без труда она открыла жестяные ворота, выгнала на улицу автомобиль, потом ворота закрыла. Она вздохнула, усаживаясь на место водителя. Наконец они отъехали от двухэтажного кирпичного дома. В начале марта солнце изрядно пригревало, подтапливая снежный покров.
— Миша, ты пристегнулся? — обернулась мама. — Сними шапку, голова вспотеет.
Миша недовольно поглядел на нее — сама-то шапку не надела! Полдня она крутила кудри и теперь боялась испортить прическу.
— Кстати, мне бы в конце не забыть купить фарш, — пробормотала мама.
— Ты мне «Лего» купишь? — немного недовольно пробурчал Миша, приглаживая светлые волосы.
— Миш, ну какой «Лего»? — И, чтобы не обидеть сына, она добавила: — Не знаю, посмотрим.
Миша больше не проронил ни слова. На запотевшем окне заднего сиденья он пальцем рисовал фигурки, мелькали павильоны автомоек и автосервисов, и вот показались жилые районы. Стараясь не застрять в пробке, мама аккуратно ехала по навигатору. Наконец автомобиль въехал на просторную парковку торгово-развлекательного центра. Краснодарский «Центр-Сити» громкой музыкой приветствовал посетителей.
В гардеробе на нулевом этаже Миша с мамой впопыхах разделись. У зеркала она спешно поправила светло-русые волосы и придирчиво оглядела себя в зеркало. Оделась она просто: в джинсы и белую свободную рубашку.
Взявшись за руки, они побежали к лифту.
На третьем этаже в ресторане их уже ждали. Миша увидел, как из-за круглого столика, того, что ближе к правой стороне, на встречу поднялся высокий мужчина в светло-голубой рубашке и чёрных брюках.
Мама подошла к нему и приобняла:
— Жень, прости.
— Да брось, не извиняйся, — ответил он, подставив щеку для поцелуя. — Здорова, парень. Я — Женя.
Миша растерянно поглядел на огромную дядькину лапищу:
— Здравствуйте. Я Миша.
Он сел за стол, не подав руки, за что получил от матери укор. Дядя Женя поспешил ее успокоить:
— Лариса, не надо. Не хочет и ладно. — Он отодвинул стул, приглашая сесть. — Хорошо выглядишь.
Миша видел, что мама довольно и благодарно улыбнулась в ответ. К столику подошла официантка с меню. Пока мама выбирала для Миши блюдо, он пролистал до страницы с напитками, и его взгляд упал на фото бутылки «Кока-колы». Миша неуверенно глянул на мать, потом на фото бутылки, вздохнув, он закрыл книжку и отодвинул в сторону. От безделья он принялся глядеть по сторонам. Еще один вздох разочарования вырвался из его груди: по телевизору даже мультики не показывали, только какие-то тетеньки, разодетые в перья, прыгали на облаках. Взрослые заговорили о своих взрослых делах, и Миша совсем сник, а потом и вовсе расстроился, когда мама вдруг, как назло, встала, собираясь уйти в туалет.
Миша посмотрел ей вслед через правое плечо, потом перевел настороженный взгляд на дядю Женю. Разговаривать с ним ему совсем не хотелось. Сейчас, как и многие другие, с кем мама ходила в кафе, станет приставать с дурацкими расспросами, журить или, еще чего, поддакивать маме, что учиться надо лучше, но дядя Женя уставился в сторону, будто не замечая его. Миша немного расслабился.
Через минуту после ухода мамы вернулась официантка с заказом. Расставив тарелки на столе, она обратилась к дяде Жене:
— Вы, кажется, не выбрали напиток для сына. Что принести?
— Я не его отец, — ответил дядя Женя. — Спросите его сами.
Миша пожал плечами, когда официантка уставилась на него.
— Наверное, он хочет «Кока-колу», — сказал тогда дядя Женя. — Ты же хочешь? — улыбнувшись, спросил он Мишу, когда тот растерянно посмотрел на него.
— Хочу, — неуверенно сказал Миша. — Но мама мне не разрешает.
— А мы скажем, что это подарок от заведения. И ей некуда будет деваться.
Миша уставился в свою тарелку, раздумывая над тем, что, может быть, стоит спросить о чем-нибудь маминого друга, но не успел.
— Проблемы с заказом? — Мама подбежала к столику. Повесив сумку назад на спинку стула, она села.
Дядя Женя отрицательно мотнул головой.
— Нет, все в порядке.
Когда официантка поставила на стол холодную бутылочку запретного напитка, мама, недоумевая, поглядела на нее.
— Правда? — переспросила она. — Первый раз слышу о таких подарках. Мы вообще не пьем…