Кивнув повелительно, Зотова покинула вестибюль, а Варя стала подниматься по лестнице вслед за горничной, разглядывая изящную лепнину на стенах. Комната её новой ученицы потрясала своими размерами, как и весь дом. В ней было шесть окон и кровать с пологом. Дочь бизнесмена оказалась худенькой девочкой с болезненным выражением лица. Все дни недели у неё были расписаны. К ней приезжали учителя музыки и рисования, а также тренеры по теннису и верховой езде. Лишь воскресенья были отданы встречам с подругами, дочерями таких же, как Зотов, бизнесменов.
– Но мой папа в нашем городе богаче всех, – сразу же уточнила Изольда. – А мама всё время учится на разных курсах. У неё уже столько сертификатов и дипломов! Она их почти каждый месяц получает.
Такому трудолюбию можно было только позавидовать. Но способности мам не всегда в той же мере передаются детям.
Варина новая ученица очень быстро утомлялась, её внимание было трудно удержать больше десяти минут. Варя сразу поняла, что девочке не хватает общения. Ей, несомненно, хотелось, чтобы её выслушали, а в доме, кроме прислуги, с которой Изольде было запрещено вступать в какие-либо беседы, разговаривать было не с кем, ведь Марианна была очень занята.
– Мама берёт уроки вокала, к ней приезжают учителя из консерватории, – сообщила Изольда, когда во время занятия снизу до них донеслись звуки пения. – Папа подарил ей белый рояль. Он стоит в Музыкальной гостиной. Мама готовится к сольному концерту и разучивает разные романсы и арии.
Прозанимавшись с Изольдой ровно час, Варя направилась к лестнице, которая вела вниз, и неожиданно увидела стоявших у её подножия Марианну и двух мужчин: один из них, невысокого роста, холёный, лет шестидесяти, был ей незнаком, а во втором она узнала архитектора, с которым познакомилась на даче Нонны.
– Это наша новая преподавательница французского языка, – произнесла Марианна, когда Варя спустилась, а затем обратилась к ней: – Шофёр уже ждёт вас.
Варя вышла через парадный вход и увидела у крыльца машину. Шофёр привёз её к остановке, где никого не было, и оставил дожидаться автобуса. Однако прежде автобуса к остановке подъехала машина. Стекло опустилось, и Варя увидела сидящего за рулём архитектора. Он наклонился и открыл ей дверцу:
– Садитесь. Поедем в город вместе.
Варя, устраиваясь на переднем сиденье, обратила внимание на то, что на заднем лежали свёрнутые в рулоны чертежи.
– Не ожидал увидеть вас у Зотовых, – улыбнувшись, произнёс архитектор.
– Я тоже, – сказала Варя.
– Это один из моих клиентов, – пояснил архитектор. – Уже несколько лет я работаю над восстановлением поместья.
– У вас замечательно получается.
– Вам понравилась моя работа?
– Очень. Один вестибюль в господском доме – настоящее произведение искусства.
– Таким дом был при Бряцаловых. Всё восстановлено по чертежам и рисункам, которые мне удалось найти в архиве. Особенно пришлось потрудиться над танцевальным залом и ротондой. Но осталось совсем немного – надо заново выстроить домашний театр и садовый павильон, и моя работа здесь будет закончена.
Варя вспомнила слова Изольды о том, что Марианна берёт уроки вокального мастерства, и улыбнулась. «Должно быть, в домашнем театре Марианна Зотова будет устраивать сольные концерты для почитателей своего таланта, а ещё они с мужем смогут приглашать какую-нибудь театральную труппу со спектаклем, – подумала она. – Это, конечно, дорогое удовольствие, но, судя по размаху, эти люди способны оплатить любую прихоть».
– А где живёт прислуга?
– Во флигеле, – ответил архитектор. – Хозяйка предпочла, чтобы обслуживающий персонал жил отдельно.
– Да, это право хозяина делить дом с тем, с кем он хочет.
– Как вы считаете, этот дом подходит их владельцам? – с лукавой улыбкой спросил архитектор.
– Я уважаю любое человеческое жилище, – ответила Варя. – Вот только не понимаю, почему люди стремятся прожить чужую историю вместо своей.
Архитектор приподнял правую бровь:
– Однако!
– В поместье есть церковь, – нерешительно произнесла Варя и смолкла.
– Вы хотите знать, новодел ли это? Нет, это домовая церковь Бряцаловых, там же находится и их усыпальница. Между прочим, за эти годы из всех усадебных построек церковь меньше всего подверглась разрушению, и поэтому её восстановление зашлю не так уж и много времени.
Варя бросила на своего собеседника изумлённый взгляд:
– Зотовы тоже будут использовать княжескую усыпальницу для своего упокоения?
Архитектор ответил довольно сухо:
– Мы не касались этого вопроса.
Они въехали в город, и архитектор неожиданно предложил выпить по чашечке кофе. Варя отрицательно покачала головой:
– Я бы с удовольствием выпила с вами кофе, но, к сожалению, не могу. У сестры назначено собеседование, и мне необходимо присмотреть за её детьми.
– А больше за ними присмотреть некому? Например, бабушке.
– Бабушка сидит с другими внуками.
Во дворе Вариного дома архитектор вышел из машины и, открыв дверцу, протянул Варе руку.
– Ловлю вас на слове, – сказал он, когда она вышла из машины, – что вы с удовольствием выпьете со мной кофе. Мне очень хочется с вами пообщаться.
