Все вперились в меня взглядами. Я быстро смела тетрадь с ручкой в рюкзак и повесила его на плечо, не представляя, что ответить.
– Эм…
– Кому-то нужен холодный душ, – хихикнул новенький, заполучив от своего тупого комментария порцию диких смешков.
Яростно оглянувшись, я встретилась с янтарными глазами, которые скользили по изгибам моего тела. Новенький, облизнув нижнюю губу, развалился на стуле. Кому и нужны были водные процедуры, так это ему. Что я могла сделать или сказать что-нибудь в таком роде? Я не сильна в этой сфере. Ничуть. Все ржали надо… мной, кроме Стэйси, в замешательстве хлопающей глазами по сторонам. Я выбрала единственный правильный выход из этого – дернуть отсюда ко всем чертям, к несчастью, не через окно.
Код от шкафчика не подходил, когда я в сотый раз ввела его и с физиономией полного отчаяния хлопнула кулаком в железную дверцу. Может, я цифры неправильно прочла? Или их мне не так записали? Убедившись в том, что даже при тщательном введении цифр на скудном листочке под диктовку, чудо-шкафчик не откроется, я сдалась, с хлопком опустив руки. Урок до сих пор шел, и мне не очень хотелось сейчас быть пойманной в холле кем-нибудь из учителей или администрации. В моих планах было положить рюкзак и уйти куковать в туалет.
Что-то блеклое промелькнуло перед взором, и прежде, чем я бы повернула голову, чтобы разглядеть, что это было, мужская рука врезался в шкафчик. Я подпрыгнула – то ли от неожиданности, то ли от того, что дверца со скрипом открылась, показывая пустое содержимое железного ящика.
– Пару секунд назад столкнулся с этой проблемой. Тут нужна сила. Шкафчики уже старые, как я понял, поэтому не всегда реагируют, когда вводишь код.
Повернувшись, я оказалась рядом с чьей-то широкой грудью, обтянутой кожаной черной курткой. Она была такой… накаченной; я не сомневалась, что ее обладатель в свободное время балуется тяжеленькими гантелями. Мне пришлось запрокинуть голову и сделать мизерный шаг назад, чтобы увидеть лицо этого… героя. Сегодня мне везло с красавчиками (да и не только с ними). Парень лучезарно улыбался мне, показывая ряд белоснежных зубов. Его большие бирюзовые глаза, обрамленные пышными ресницами, глядели в мои. Светлая густая челка лежала на одном полушарии головы, когда другое было выбрито почти идеально, оставляя россыпь коротких волосков. Я открыла рот, пораженная его неописуемой внешностью, и тут же закрыла его, покраснев, когда вспомнила, что пялюсь слишком долго.
Смущенная, я заправила локон темных волос и приковала взгляд к шкафчику.
– Э-э-э, спасибо, – нелепо поблагодарила, пихая рюкзак в отсек.
– Особо не за что, – парень прикусил губу, не переставая улыбаться. Вдруг его забавляет мой видок? Или странное поведение? Или все вместе? Мне стоит волноваться? Ох, думаю, нет – на биологии мне хватило этого. – Прогуливаешь?
Выходит что – да. Из-за одного идиота.
Я неуверенно кивнула.
– Биология была наискучнейшей, я не могла больше выносить… эм… лекций учителя.
Он ухмыльнулся, облокачиваясь о ряд шкафчиков. Что этот… прекрасный незнакомец тут делал – я не знала, но собиралась это выяснить.
– А ты… почему не на занятиях?
Он почесал затылок.
– Я – новенький. И опоздал на…
Не собираясь дослушивать дальше, я перебила его, в неверии застыв:
– Постой, что?
Это какая-то злая шутка? Сначала один мерзавец-новенький, чуть ли не сбивший меня с ног, теперь еще и он. Включая меня, в школу сегодня поступило три новичка. Постойте, блондинчик хотел сказать, что опоздал на…
– … биологию, – в смятении договорил незнакомец, закончив мою мысль. – Кажется, у нас с тобой пока один общий предмет. – На его щеках выступили ямочки, когда улыбка стала шире. Я молча млела от его красоты и раздумывала, почему в один день со мной заговорили сразу два вновь прибывших парня. – И это радует. Надеюсь, у тебя сегодня есть математика или физкультура?
– М-математика, – пролепетала я, вспомнив свое расписание. – Третий урок. Кабинет двести пятый…
Блондин засмеялся, мотая головой.
– Не нужно так подробно. Я понял. Значит, мы встретимся на математике, – он таинственно улыбнулся и продолжил, слегка наклонив голову, что челка упала на лоб, – … на третьем уроке, в двести пятом ка…
– Ладно, стой, – отделавшись от остатков шока, перебила я, широко улыбнувшись. – Это было ужасно.
Он отлип от шкафчиков; его плотный торс, который – я уверена – имеет идеальные симметричные кубики, дергался от приступов хохота. Я прилагала адские усилия, чтобы не глядеть ниже его лица дольше трех секунд.
– Меня зовут Кас, – представился парень, протягивая мне руку.
Нервно пожав его широкую и приятную ладонь, я полезла за математикой, промямлив:
– Дэйзи.
– Прости, как? – он выгнул светлую бровь. – Не расслышал.
Я набрала в легкие больше воздуха и, закрыв глаза, выпалила:
– Дэйзи Вейсон. Очень приятно.
Его секундное молчание уже начало навевать панику и страшные мысли, что он каким-то образом в курсе о моем мрачном прошлом, но его следующие слова заставили успокоиться мое бешено-колотящееся сердце.
