— Ты привыкла все держать под контролем, но позволь доказать, что мы тоже можем постоять за свой дом, — решительно вмешался Харпер. — Обещаю, не подведем.
— Я верю, — вздохнула Хаббл и выпуталась из крепких объятий Дровосека. — Хватит меня успокаивать, я и так спокойна.
— Как скажешь, — мягко сказал он с тенью улыбки на железном лице.
Когда они вышли во двор и двинулись к пруду, Джессика почувствовала, как неприятно засосало под ложечкой. Пока план обсуждался, он казался таким далеким и теоретическим, словно нарисованным на бумаге. И вот, впереди нее вышагивает Харпер, увешанный сумками как виноградная гроздь, а рядом походкой хищной кошки двигается Изекиль, разминая пальцы правой руки. Скорее всего, она готовилась к тому, чтобы наложить заклятие.
Хаббл еще раз на всякий случай уточнила про рюкзаки и оружие. Изекиль ласково упрекнула ее в излишней материнской заботе. Харпер незаметно перекрестился, хотя этим жестом можно было изгнать почти всех, кто стоял на берегу.
— Дайте руки.
Изекиль встала по центру, и Джессика несмело стиснула ладонь демона в своей. Харпер по другую сторону сделал то же самое. Ник и Хаббл предусмотрительно сделали шаг назад.
— Внимательно смотрите на свои отражения, — приказала Изекиль. — Что бы ни случилось — не отводите взгляд. Когда закончу — мы сделаем шаг вперед и пройдем в зеркало. Понятно?
— Да, — хором сказали Джессика и Харпер.
В отражении лицо девушки казалось еще бледнее. Оно рябило — по поверхности воды гулял прохладный осенний ветер. Гулко сглотнув, девушка немигающим взглядом буравила воду, как вдруг демон рядом начала произносить заклинание, из которого Джессика не поняла ни слова. Мерный рокот ее голоса постепенно нарастал, складываясь в какое-то потустороннее песнопение на одной ноте. Гладь пруда успокаивалась, становясь все больше похожей на стеклянную поверхность зеркала.
— Пошли.
Ее хриплая команда отозвалась в голове громким грохотом. Все еще глядя на поверхность пруда, Джессика занесла свою ногу над водой и приготовилась почувствовать ледяную воду, которая была еще холоднее, чем осенний воздух, щипавший щеки.
Они вместе шагнули вперед.
Джессика не могла вдохнуть, не могла пошевелиться, не могла даже выпустить руку демона из своей нервной хватки, потому что словно забыла, как это делается. Через мгновение поверхность пруда вокруг них исчезла, гул постепенно смолк. Вместо ожидаемого ощущения сотен ледяных игл холодной воды, появилось чувство зависания в полной невесомости.
Их тащило сквозь огромный темный тоннель. Вокруг были видны лишь резкие розоватые штрихи и мириады ярких белесых точек. Тишина сменилась грохотом и воем бесконечного красного огня, бушевавшего вокруг. Словно машина времени, Джессика чувствовала, как сквозь ее тонкую структуру пролетали тысячи лет, тысячи километров. Они врезались в незащищенное дымчатое тело тяжелым шлакоблоком. Ослепительная белая вспышка, и ее бросило назад, словно она была крохотной медузой, утягиваемой океанской волной.
Очередной громовой раскат, золотистый свет, и их внезапно швырнуло в сторону. Последний удар пришелся на грудь — это была жесткая посадка на настоящей осязаемой траве.
Сделав первый судорожный вдох, девушка перекатилась на спину. Под одеждой — холодная трава. Вокруг — темное пространство, наполненное незнакомым суглинистым запахом, перемешивавшимся с ароматами леса. С трудом приподнявшись на локте, Джессика увидела рядом с лицом высокое надгробие. По спине побежали мурашки, челюсти свело от ужасного смысла написанного.
Харпер. Покойся с миром, милый друг.
У них получилось.