Была возможность объехать, но заводские, видно, рассказали про другой путь, которым сейчас и воспользовались. Не доезжая нескольких метров до оскалившихся сколами опор моста, чудом оставшихся стоять, машины по очереди сворачивали в распахнутые настежь ворота военного госпиталя, располагавшегося в старом и красивом здании с белыми колоннами, сделанном под старинную барскую усадьбу. Внутри я никогда не был, никак не относясь к гарнизону города до сегодняшних дней, а потому не мог с точностью понять, куда мы направляемся. По левую руку от головы колонны или за спиной от меня показался небольшой парк, со скамейками и старыми деревьями, между которыми, шатаясь и постанывая, ходили зомби, скалясь в нашу сторону. Поразительно, но многие были или в остатках военной формы или в одинаковых ночных рубашках. Я-то думал, что военные успели эвакуировать своих больных, но, оказывается, зараза не обошла стороной и этот госпиталь. Возможно, именно из-за катастрофы здесь, военные так быстро поняли угрозу заражения. Ведь здесь наверняка была связь со штабом гарнизона, по которой и успели сообщить, что происходит нечто из ряда вон выходящее.
Никакими секретными путями, как мне показалось в первые минуты, машины и не думали ехать, а снова сворачивали в большой пролом в стене, который наверняка не обошелся без взрывчатки. Сначала шла постепенно спускающаяся кривая улочка, проложенная без особого смысла, которую мы пересекли, а потом и она оборвалась, открыв вид на железную дорогу. Вниз по склону, под достаточно большим углом, уходила дорога, проторенная если не тракторами, то какими-нибудь танками, потому что я знал очень мало машин, способных спуститься и, тем более, подняться по ней, не размазав всех находящихся внутри по стенкам кабины.
Нас резко качнуло, когда грузовик перевалился через россыпь обломков стены, а потом грузовик заметно ускорился, съезжая вниз. Под визг и скрип тормозов мы остановились, только чудом ни в кого не врезавшись.
Рельсы здесь заводские предусмотрительно сняли, чтобы при торможении не происходило эксцессов, а подъем на другую сторону был более плавным, и без таких жутких воспоминаний об американских горках. Впереди стояла полуразрушенная взрывом многоэтажка, обгоревшая почти до черноты, на верхних площадках которой неожиданно взвился флаг вооруженных сил
Российской Федерации, а рации опять ожили, принимая новые указания о дальнейшем пути. Наверху, рядом с флагом, подняли два человека, приветственно махавшие руками. Если верить их сообщениям, теперь уже въезда по центральной дороге на площадь Победы не существует. Все намертво забито сгоревшей пробкой, а в супермаркете укрепилась какая-то банда, плохо вооруженная, но обстреливающая любую машину, пытавшуюся выехать на площадь. Последним в ряде причин, почему туда стоят ехать, была стела в память павшим войнам, рухнувшая прямо на дорогу. Без бульдозера пройти там никак не удастся. И ехать дальше придется дворами, но и там высовываться не следует. Полно зомби, так и каких-то сумасшедших, забаррикадировавшихся в квартирах с винтовками. Полные людей грузовики могут пострадать как от одних, так и от других.
Не знаю, повезло нам, или нет, но ничего страшного во дворах мы так толком и не увидели. Заводские разместили там ярко-красные указатели, показывавшие самый короткий путь. Опасности в этом, как я понял, не было. Фактически весь город знал, как найти завод, проблема была только в том, сколько топлива ты потратишь, рыская по подворотням. А идя по указателям, экономишь бензин, заодно попадая в обзор установленных здесь камер и секретов, оповещавших людей о твоем приближении. Кто-то, видно, уже пытался пробиться – одну подворотню забили взорванные и сгоревшие остовы нескольких машин, превращенных едва ли не в решето. Стреляли сразу со всех сторон – обглоданные костяки равномерно валялись вокруг – люли выскакивали из машин и тут же гибли под кинжальным огнем. Засада сделана четко и быстро, победители даже не поленились собрать оружие и патроны убиты – выпотрошенные разгрузники валялись отдельно, их зомби не трогали, не найдя ничего интересного.
Сами же дворы окончательно вымерли. Ни следа живых людей здесь заметно не было, кроме тех же кричащих яркостью указателей, настолько заметных, что у некоторых даже топтались мертвяки, словно притянутые веющей от них несуразностью, на фоне всеобщего вымирания. Временами попадались следы отстрелов мертвяков – заводские с БТРов расстреливали наиболее густые скопления нежити и тут же уезжали, прежде чем неповоротливые зомби успевали их окружить. Сейчас всех упокоенных уже объели до скелетов, но некоторые тела, почти целые, продолжали лежать, отравляя воздух запахом гниющей плоти. В окнах и темных подворотнях часто показывались человеческие силуэты, но фары машин выхватывали их буквально на секунду, после чего зомби снова тонули в темноте.
