– Он с тебя глаз не сводит с тех пор, как мы приехали, краснеет, когда с тобой говорит и нервничает, когда ты к нему обращаешься, ни за что не поверю, что ты этого не заметила. А в тех редких случаях, когда мужчина тебя волнует, ты делаешь все, чтобы от него отдалиться, так что ты бросилась в объятия его брата, чтобы не рисковать.
– Ты психоаналитик или ресторатор?
– Просто твой брат.
– К твоему сведению, это Алик меня поцеловал, – заявила Корделия, избегая его взгляда.
Диего коснулся ее щеки.
– Нет ничего плохого в том, чтобы любить. Попробуй как-нибудь. Если тебе повезет, может быть, найдешь счастье.
– Как ты после смерти Альбы?
– Я был безумно счастлив с ней, и память о ней до сих пор делает меня счастливым. Пусть я ее потерял, но ведь мог и никогда с ней не встретиться, а это было бы куда печальнее. А теперь с Флорес я снова учусь счастью, и это самое прекрасное, что со мной случалось за последние годы. Мы же не будем хакерами всю жизнь… Ну или, по крайней мере, не будем только ими. Я просто советую тебе немного подумать о себе.
– Жить с Витей… в Украине… в этом проклятом доме?.. Ты серьезно?
Диего направился к двери.
– Хочешь сказать, что не передумаешь, не отступишься?
– Вопрос в том, не передумаешь ли ты.
Несколько факелов освещали лагерь на маленькой поляне. Его обитатели вышли из палаток и лачуг и собрались вместе, чтобы проводить незнакомку. Светлая кожа, другой язык, ни на лице, ни на теле не заметно отметин, оставленных голодом, холодом и невзгодами исхода; она напоминала им тех, кем они были, пока судьба не вынудила их бежать. Она была свободна, но никто не завидовал ей; напротив, она воплощала надежду на то, что когда-нибудь свободу получат и они.
Майя подошла к Хакиму, чтобы попрощаться с ним, и заметила, что мальчик прячет глаза. Тот уже двинулся прочь, но она догнала его и положила ему руку на плечо.
– Я тебя не забуду, – сказала она. – Ни один мужчина не заботился обо мне так, как ты. Кроме моего отца, но его уже нет на свете.
Йорам, стоявший у нее за спиной, перевел ее слова. Мальчик грустно улыбнулся и что-то спросил. Йорам снова перевел.
– Он хочет узнать, правда ли, что во Франции можно говорить все, что думаешь, и тебя не арестуют.
– Когда-нибудь ты прилетишь ко мне в гости, обещаю, что сделаю все возможное, чтобы это случилось, – ответила она.
– Не будем терять время, – твердо сказал Йорам. – Я слышу вдали еще один вертолет, и это оживление в небе – очень тревожный знак.
– Как вас отблагодарить? – спросила Майя.
– Вытащить нас из этой дыры, но сомневаюсь, что у вас это получится. Ну, идите же, вы ничем нам не обязаны… Я просто выполнил свой врачебный долг.
Йорам дал знак сопровождающим Майи, и троица двинулась в путь. На опушке Майя обернулась в последний раз и послала воздушный поцелуй мальчику. Тот сделал вид, что поймал его, подпрыгнув с проворством игрока, ловящего летящий мяч. Это было последнее воспоминание, которое Майя унесла из лагеря беженцев, скрывшегося за темной стеной деревьев.
Дорога через лес показалась ей короче, чем накануне: через час Майя и ее проводники уже вышли к полю, на котором ее нашли. Она встала на цыпочки, пытаясь разглядеть свою машину в безумной надежде, что та по-прежнему стоит там же, где ее бросили, но тут мужчина, шедший впереди, неожиданно приказал ей присесть. Над головами пронесся вертолет, а потом завис над полем, освещая землю мощным прожектором. Вдали Майя заметила отряд мужчин в форме, идущий в их сторону.
– Нужно предупредить Йорама! – воскликнула Майя.
Мужчина ответил ей бесстрастным взглядом. Ему было приказано довести ее до деревни, и ничто не заставит его свернуть с пути.
– Я возвращаюсь, – возмущенно объявила она, разворачиваясь.
Тогда сопровождающий схватил ее за руку. Отряд между тем подошел опасно близко. Мужчина силой потащил ее по тропе, ведущей к ближайшей деревне.
– У нас есть дозорные в лесу, они вовремя сообщат Йораму, что сюда идет полиция. Эти люди ищут вас. Они перевернут лагерь вверх дном, поломают что-нибудь, чтобы выпустить пар и показать нам свою силу, но уйдут ни с чем.
Марш-бросок продолжился. Лодыжка все еще сильно болела, и Майе пришлось стиснуть зубы, чтобы выдержать заданный темп. Вдруг она заметила цепочку желтых огней, растянувшуюся в темноте. Мужчина сообщил, что это асфальтированное шоссе. Они дошли до круга.
– Нам пора расстаться. На вашем месте я не стал бы заходить в Караагач, это совсем маленькая деревушка, вас там сразу обнаружат. Полиция наверняка уже прочесала ее и местные знают, что вас ищут. Если у вас есть силы, идите в Эдирне, в толпе вы легко затеряетесь. Но будьте осторожны, у них глаза и уши повсюду.
Здесь, на пустом круге, под фонарем, они и распрощались.
