Когда самолет «Алиталии» начал снижаться и в иллюминаторе показались огни Рима, Матео снова прокрутил в голове все, что рассказала ему Екатерина. Его смущала одна деталь: он не отправлял ей никаких регистрационных номеров. Нужно поговорить с ней об этом… но позже, не в момент встречи.
Дженис вошла в номер, который Корделия снимала в отеле «Коннот».
– Хочешь чего-нибудь выпить? Шампанского, виски – в мини-баре есть все, о чем только можно мечтать.
Корделия забрала у журналистки вещи и небрежно протянула ей меню обслуживания в номерах.
– Ты, наверное, умираешь с голоду?
– Ты цены видела? Если ты думаешь, что на зарплату журналистки можно себе позволить услуги пятизвездочного отеля… – забеспокоилась Дженис.
– Ну да, заоблачные, но «Биг Фарма» угощает… Я пообещала брату тратить их деньги только на нашу миссию, так что предлагаю взяться за работу сразу после ужина.
Корделия взяла трубку бакелитового телефона, красовавшегося на прикроватной тумбочке, и сделала заказ.
Дженис неспешно приняла ванну. Корделия тем временем впустила метрдотеля, который привез их ужин, и расплатилась наличными, оставив щедрые чаевые.
Дженис села за стол в халате. За едой они болтали о жизни вне «Группы», об отношениях – как о мимолетных, так и о тех, что значили для них больше других. Корделия расспрашивала подругу о жизни в Тель-Авиве, о том, как она проводит свободное время. Дженис описала свой дом в районе Флорентин, рассказала о драгоценной, хоть и буйной дружбе с Давидом, с которым они делили кров и с которым она так любила перешучиваться и ругаться. Упомянула Эфрона – когда они сдают номер, он просто невыносим, и все же это лучший главный редактор в мире, требовательный, но с золотым сердцем. Говорить об Эфроне и не думать о Ноа было невозможно. А говорить о Ноа без слез на глазах – невозможно вдвойне. Журналистка перехватила инициативу и осыпала Корделию вопросами: почему она уехала из Мадрида, на что похожи будни экспатки, как так вышло, что она устроилась в агентство кибербезопасности, всегда ли они с Диего были так близки, каким было их детство в Испании? Ей так хотелось, чтобы у нее тоже был брат или сестра…
Поток вопросов вызвал у Корделии улыбку. Она прикрыла рот Дженис рукой, чтобы та дала ей возможность ответить.
