– А почему не палец? – любопытная Милна следила, как набухает алая капля.
– Так я же знахарка, – мягко улыбнулась ей королева, – мне травы собирать приходится, зелья варить, снадобья разливать. Руки целые нужны.
– Если ты знахарка, да ещё и магичка, что тебе стоит залечить какой-то укол? – Блану казалось, что он, наконец, поймал незваную гостью на лжи.
– Снадобий от ран я сюда не взяла, тайком уходили, – объясняла Дисси, наблюдая, как он привычным движеньем, явно не впервые, снимает с шеи длинненькую бусинку, одиноко висящую на затёртой бечёвке, – а магии во мне очень мало. Да и узнала я про неё недавно. Всю жизнь считала себя обыкновенным человеком.
А Блан уже подцепил кровь бусинкой, ловко поворачивая, так, чтоб вся поверхность амулета стала алой, и приготовился ждать. Дисси с нескрываемым интересом следила за его действиями, начиная понимать, что главным парнишка был не только в отношениях с сестрой. И это вносило некоторые уточнения в постепенно обретающее ясность понимание происходящего, но абсолютно не меняло его сути.
– Действительно, есть, – с некоторым разочарованием протянула девчонка, увидев, как, впитываясь в бусинку, зеленеет размазанная по ней кровь, – но очень мало.
– А я вам так и сказала, – беззаботно напомнила королева, – так как насчёт чая?
– Сейчас принесу, – бережно пряча свой амулет под вырез туники, откликнулся Блан. – А тебе не обидно? Ну, что ты почти не эльфийка?!
– Не поняла, отчего мне должно быть обидно? – совершенно искренне изумилась Дисси. – Я же вам говорю, пятьдесят лет считала себя чистокровным человеком и никогда даже не думала, что можно на что-то обижаться.
– И тебе не казалось странным, что ты не стареешь, как все люди? – похоже, парнишка напрочь забыл, куда собирался идти.
– А разве я сказала, будто не старела? Я ещё недавно выглядела, как все женщины пятидесяти лет. Это случайно вышло, что я помолодела, хотя скажу по секрету, ни один человек не откажется от второй молодости. Вот только вся соль в том, кто и на какое деяние ради неё готов. Впрочем… вам это неинтересно.
– Нам все интересно. – Он всё-таки поднялся из-за стола. – Милна, идём!
– Я тут посижу, – заупрямилась девчонка, определённо желавшая задать гостьям собственные вопросы.
– Я кому сказал?!
– Иди, – мягко улыбнулась шпионке Дисси, – не видишь, брат волнуется? Мы ведь никуда не денемся.
– Ладно, пусть сидит, – внезапно передумал парень, – а вы зачем к нам пришли-то?
Всё-таки не выдержал, спросил, обрадовалась про себя знахарка, а то она уж и не знала, как бы его на этот вопрос вывести. Дисси очень нужно было понять, какие сказки им рассказывают командиры, ведь уже ясно, что детей натравливают умышленно.
– Не зачем, а почему, – опередила знахарку Улидат, – мы вас ещё с вечера почувствовали, потому и мужчин подальше купаться отправили. Думали, в засаде только девочки сидят.
«Если Анжийту хотела ввести шпионов в смущение, то ей отлично это удалось», – глядя, как одинаково заалели у подростков уши, хмыкнула Дисси.
– Вот потому мы и пришли спросить, зачем вы за нами следите, – с чуть заметным упрёком продолжила она объяснение куэлянки, – а потом, если не забыли, ваша Гадина сама нас сюда позвала.
– Мы следим, чтоб вы не напали на нас! – сразу ощетинилась девчонка. – Нам защищаться нужно!
– Милна, – мягко качнула головой знахарка, – подумай сама, что такое ты говоришь? Те, кто хотят защитить себя, строят высокие стены вокруг своих городов и крепостей. А вы построили землянку на самой окраине эльфийских территорий, возле давно заброшенной башни. И очень далеко от собственных посёлков. Какие пожитки тебе защищать на чужой земле?
– Мы следили, чтоб вы не послали на нас своих птиц! – распалённая спором Милна не заметила, как проговорилась, и даже на руку брата, отчаянно дёргающую её сзади за тунику, не обратила никакого внимания.
– Ну, да, а наши воины, по-твоему, круглые дураки! – презрительно фыркнула Дисси. – И прежде чем выпускать птиц, обязательно предупредят вас. – А ты не думаешь, что птица, для отвода глаз, может улететь в сторону леса и потом свернуть, куда ей нужно? Или вообще можно выпустить птиц ночью, когда вы их и вблизи рассмотреть не сможете?! Но главное – совсем другое. Вот сейчас ведь никто не следит, чтобы птицы на вас не напали?! Хотя гадина прекрасно знала, что птицы так на башне и остались, но почему-то забрала вас сюда. Ну, подумай, если б её действительно интересовали птицы, зачем бы она так поступила?!
– Вас нужно отвести к Лертону, – внезапно решил Блан, – он говорит почти то же самое.
– А кто он такой? – осторожно поинтересовалась Дисси, стараясь преждевременно не радоваться, хотя интуиция шептала, что она не ошибается.
– Никто, – с непонятной горечью буркнула Милна, – но тогда я тоже пойду.
– А вот ты тогда останешься, – неожиданно резко отказал ей брат, быстро складывая в корзинку расставленные на столе продукты, – но тут не сиди, спрячься за дровяник. Если кто придёт, передашь известие с восьмёрками.
– Вот их и оставь, а я у Лертона уже декаду не была, – насупилась Милна, – сам знаешь!
