Фельдмаршал Роммель усмехнулся, оторвал бинокль от глаз — самая трудная часть пути была проделана, британские батальоны и полки сбиты с перевалов. Теперь только пройти восточную часть пустыни, Синай останется позади, а впереди будет вожделенная Палестина. Никогда представить не мог, что будет, словно крестоносец древности, прорубать мечом путь к «священному городу», правда, «меч» у него танковый, из восьми сотен панцеров и «штугов», сотворенных из доброй крупповской стали. Сейчас под его началом две танковых армии, «старая» 5-я, и переброшенная с восточного направления 3-я, но только с одним танковым корпусом из двух потрепанных дивизий — большего командующий панцерваффе «шнелле Хайнц» выделить не смог. И то отдал после настоятельных приказов, отнюдь не просьб, самого Гитлера. Впрочем, Роммель как нельзя лучше понимал Гудериана — ситуация на германо-большевицком фронте складывалась плохая, да что там — скверная. О громких победах прошлого года поневоле забыли, сейчас любой успех приходилось буквально вымучивать. А вот неудачи следовали одна за другой — с трудом вызволили из «крепости Демянск» истерзанные русскими дивизии, в которых солдат едва на полк набиралось. Затем последовало кровопролитное летнее наступление, в котором с трудом удалось овладеть Орлом и Курском, но под Белгородом потерпели неудачу. И вот теперь большевики сами перешли в наступление на Харьков, сразу задействовав не меньше двух тысяч своих «тридцатьчетверок», большинство из которых имели опасные «гадюки». О подобных цифрах здесь в Африке приходилось только мечтать, хотя пополнения из фатерланда шли постоянно.
Хорошо, что затеянная реорганизация принесла свои плоды — количество германских дивизий было увеличено за счет «тотальной мобилизации». Но вот про качество этих соединений говорить не приходится. Так ему отправили в Александрию одну за другой сразу три «новых» мотопехотных дивизий фактически прежнего состава, по два полка в три батальона каждый. Но при полном отсутствии танков и штурмовых орудий, которые теперь полагались исключительно панцер-гренадерским дивизиям. Да и разведывательных батальонов в них не имелось, пришлось из танковых дивизий срочно изымать мотоциклистов, чтобы хоть как-то повысить боевые возможности. Да и автотранспорт в этих дивизиях был исключительно трофейный британский, с которым было немало проблем. Но вроде за время долгой месячной паузы удалось многое исправить и наладить — англичане оставили в Египте множество ценного имущества и транспорта. А танками эти три дивизии кое-как обеспечили — выделили каждой по роте американских «грантов», высоких и больших, «двухэтажных», где 75 мм пушка была установлена в бортовом каземате, а сверху возвышалась башня с 37 мм пушкой. Но, несмотря на свой несуразный вид, этот танк оказался опасным противником. Так что фельдмаршал искренне обрадовался, когда в числе трофеев немцам досталось семьдесят таких танков. Лучше хоть такая поддержка пехоты на поле боя будет, чем совсем ничего.
Зато все пять имеющихся танковых дивизий, распределенных по четырем корпусам, имели по два танковых батальона — сто тридцать «четверок» и «троек», большинство с длинноствольными пушками, хотя новейшие Pz-IV имели в башне 75 мм «окурок». А вот все четыре панцер-гренадерские дивизии получили по дивизиону штурмовых орудий. По приказу Гитлера выделили по тридцать штук, без всякого расчета на замену подбитых StuG-III. Зато дали бронетранспортеры из расчета по одной роте на каждый батальон панцер-гренадер, и на этом «благодеяния» Гудериана закончились — он даже лично отписал Роммелю, что дать ничего больше не может, восточный фронт буквально «пожирает» германскую бронетехнику. Пока промышленность начнет выдавать достаточное количество «четверок», пройдет не менее полугода, ведь к производству танков будут подключены заводы союзников и оккупированных территорий, а это быстро не сделаешь. И посоветовал больше использовать захваченную бронетехнику. «Пустой» совет — у итальянцев ничего не возьмешь, у самих мало что есть пригодного, недаром все три дивизии 20-го корпуса получили по прямому указанию Гитлера трофейные «крусейдеры», «матильды» и «валентайны». И то, если бы это не сделали, то Муссолини «прижал» бы нагло все три «подвижных» дивизии итальянской армии, неплохо отвоевавшие в африканской компании.
— А сейчас даже не знаю, как англичане воевать будут, но настроены бритты решительно, нас ожидают великие трудности.
